Айлин застыла.
— Вовсе не гоню. Просто досадую, что ты не хочешь мне помочь… Так что с Фанни?
— Спросите сами, что у них там произошло с Августиной Дрём-Лис на прошлой неделе.
— Вас это не касается! — выпалила Фанни, сильно покраснев.
Ни на кого не глядя, Баз вышел, хлопнув дверью.
— Вот и сэкономила на Базе, — злясь на себя, сказала Айлин. — Фанни, если Баз счёл эту историю важной, тебе придётся рассказать, что случилось.
— Да ничего страшного… Просто они сговорились против меня, но эта вещь на меня не подействовала… Сантэ немного помогла…
Айлин задала Фанни ещё несколько вопросов, и её лицо тоже пошло красными пятнами.
— Что ж… Развесёлая компания Стины отправится на общественные работы. Они у меня улицы будут мести. Господин Лунг, займитесь, пожалуйста.
— Бабушка, кто тебя просит? Не лезь в мою жизнь! — взвилась Фанни. — Или я больше ничего не буду тебе рассказывать!
— Знаешь, сколько молодых людей гибнет, потому что вовремя не получили помощи? Почему ты молчала? Нельзя оставаться один на один со своим отчаянием!
— Это не мой случай!
Они долго спорили, наконец Фанни ушла, взяв с Айлин слово, что конфликт со Стиной не получит огласки.
Трясущимися руками Айлин достала деревяшку, но ей пришлось трижды вызывать Августу Дрём-Лис, пока та наконец не ответила.
— Значит, так, моя лисонька, — сказала Айлин, стараясь дышать ровно. — Будешь бегать от меня и игнорировать мои звонки — отберу мурру. В два счёта.
— Айлин, милая, из-за чего столько нервов?
— Руки не дошли обсудить ваше предательское исчезновение в тот момент, когда я так нуждалась в поддержке… когда ведьма терроризировала город и в открытую крали детей… Но будь уверена, разговор об этом ещё впереди.
— Я всё объясню! И такие хлопоты… Не верится, что ты потревожишь уважаемого чанси Лотаруса… Ведь он только что побывал у нас! — Августа пыталась перевести разговор в русло полушутливой беседы.
— И вызывать не стану. Он у меня побывал, а вас даже видеть не захотел. Звоню, чтобы поговорить о вашей бывшей наследнице.
— Бывшей? — тихо переспросила Августа. — А-а, кажется, я поняла… Неужели это из-за стычки между девочками? Поверь, Айлин, они разберутся сами. И ещё неизвестно, кто там виноват. Конечно, я не хочу сказать, что Фанни намеренно натравила на них Сантэ…
— Замолчи и слушай! Устроили Фанни западню, применили эту вещь, хотели изуродовать — разрисовать зелёнкой — и вытолкать на улицу голой! Это уже слишком, Августа. Я не дала делу ход исключительно по просьбе своей внучки. Но вы с супругом подыскивайте себе другую наследницу. Или наследника.
— Ты же не всё знаешь, Айлин! Виновата эта невменяемая Вилява Выскоч! Сейчас я приеду, и мы с тобой обсудим…
— Не трудись, — отрезала Айлин.
— Пожалуйста!
— На порог не пущу. Видеть вас не могу. — Айлин отключилась. — Господин Лунг…
— Позвоню на пост, — сказал Лунг поднимаясь.
— И мне бы капель…
— Накапаю.
Глава 2
1
Яр Порох только закончил совещание и отпустил людей, как с поста охраны позвонили с неожиданным известием: пожаловали экономка и секретарь госпожи Монца.
— Выпишите пропуск, пусть поднимаются, — ответил Яр и взглянул на задержавшегося в дверях Тигреца. — Наша любимая ловисса. Интересно, что ей нужно?
— Мне тоже интересно. Останусь, если ты не возражаешь, — сказал Тигрец и вернулся за стол.
У Яра с ловиссой Длит сложились непростые отношения. Она невзлюбила его после истории, случившейся во время поисков ведьминых сообщников: просила оставить наедине с подозреваемым, чтобы допросить самой, а Яр отказал. Как выяснилось, напрасно. С тех пор ему приходилось терпеть открытую неприязнь помощницы Хозяйки. Она считала, он недостаточно хорош для своего высокого поста, не так умён и ловок, чтобы взять и за один день найти всех похищенных детей, заодно выловить ведьму и её приспешников. Он не искал должности начальника Главного полицейского управления города, а получив её, даже просился в отставку; ловисса только подогревала его неуверенность в себе, поэтому, сталкиваясь с ней по службе, Яр злился ещё сильнее. Бесстрашная, неглупая, эта молодая женщина была загадкой, и о ней ходили разные слухи. Хозяйка её обожала и при этом всегда поддерживала Яра — надеясь, что эти двое всё же найдут общий язык.
Тигрец называл Длит не иначе как чёртовой бабой.
— Помнишь, как она нас с тобой обработала? Меня до сих пор трясёт.
— Магия, — сказал Яр и невольно напрягся, когда, постучавшись, Длит и Лунг вошли.