— Людей не хватает, — вздохнул Бескарс. — Работа идёт, но медленно.
— Младо выглядит заинтересованным. Давайте все сплотимся? — Бескарс в ответ состроил ничего не выражающую гримасу. — Также я слышала, что у вас в отделе есть человек, который, просматривая новые дела, сразу отметает те, что не проходят проверку на магию, — он не чувствует её присутствия. Как ему это удаётся?
— У всех есть секреты, — усмехнулся Бескарс.
— Тогда о другом. Видите ли, меня мучает вопрос, может ли стихийная магия, ведовство, победить магию кошек.
— Ведьма сильнее мурров? Давно служу, но о таком не слышал. Ведьмины дела — сглаз да порча. Хотя… Недавние события показали, что диапазон её возможностей намного шире, так ведь? Ведьма вполне способна насылать разные несчастья, даже смерть, или обернуться животным.
— К сожалению, мы точно не знаем, какие из заклинаний ведьмы из Спящей крепости были стихийными, а какие невидимыми…
Бескарс понимающе кивнул.
— Придётся вам разбираться самой, так как мне действительно больше ничего не известно. Но почему вы спрашиваете?
— Меня волнует безопасность мурров.
На самом деле, причина была не только в этом. Длит неожиданно столкнулась с несколькими случаями, когда браслет чувствовал присутствие магии, но не мог её скачать — словно она была иной… Это и пугало и настораживало. Поэтому Длит прощупывала, что Бескарсу известно об этой иной магии.
— Вы, конечно, слышали, что в Дубъюке существует и другая сила? — спросил Бескарс.
— Демоны?
— Да. Они достались нам от селившихся здесь Древних. Когда-то давно один человек сказал мне, что есть демон… скажем так: на букву Д. Он способен бесповоротно поглотить одинокого мурра.
Длит была неприятно поражена.
— Можно подробнее?
— Знаю только, он из тех, что оборачиваются человеком.
— Встречали таких?
— Может, и встречал. Кто поручится, что они не ходят среди нас?
— Как мурры и демоны уживаются?
— Обычно избегают друг друга. Но если демоны вторгаются в Спящую, мурры к ним безжалостны. В хранилище Спящей, наверное, немало сплющенных демонов?
— Наверное. Это организованная сила или они индивидуалисты?
— Ни то и ни другое. Демон выбирает и поклоняется сильному человеку, кому-то одному. Не знаю подробностей.
— Тогда направьте меня к тому, кто знает.
Бескарс откинулся на спинку стула.
— О божьи лапы! Зачем вам? Вы и так ходите по краю.
— Судя по шрамам на лице, вы тоже.
— Госпожа Длит, предупреждаю, они жестоки и опасны. Лучше с ними не сталкиваться.
— Столкнусь рано или поздно. Поэтому хочу знать, как их победить.
Бескарс смотрел с жалостью.
— Ваше право.
— Какой-то безрадостный у нас получился разговор о демонах.
На его изувеченном лице впервые мелькнуло подобие улыбки.
— Видел, как справились с демоном.
— Ну, вот, уже веселее.
— Я тогда только начинал служить. В одной семье пошли непонятные дела: испорченные продукты, глубокие царапины на теле новорожденного ребёнка, а в бутылочке с молоком земля. Подозревали старшего мальчика, решили, он ревнует родителей. Те прибегли к телесным наказаниям. Мальчишка в бега. В семье всё успокоилось. Беглеца нашли и вернули — несчастья возобновились. Мать стала неадекватной, всего боялась, уходила из дома, а потом сама не понимала, как могла оставить без присмотра младенца и парализованную бабушку. До правды всё же докопались, когда позвали знахарку из долины. Та пришла, посмотрела. Старушку, сказала, немного поправлю — чтоб говорить могла, но больше ничего не просите. И денег не взяла. Оказалось, в дом наведывалось существо, которое видела только та самая парализованная бабушка. А как бабулю подлечили, она рассказала, что происходит. Бездетная соседка из зависти вызывала демона. Мы с напарником как раз зашли узнать, нет ли чего нового, а там девчушка лет пятнадцати на пару с бабушкой больной воюют с демоном. «Вон он, в форточку пролез, вражина, — бабушка говорит. Она его видит, мы нет, у нас не было нужного заклинания. — Крутится, — говорит бабуля, — малого ищет. Шиш тебе, а не малого!» Они в люльку положили скатанное одеяльце. А девчонка, смелая такая, безрассудная, встала посреди комнаты и приговаривает: «Крутила баба веретено, да шерсть кончилась, доила баба корову, да молоко вышло, пусть у тебя всё кончится, пусть у тебя всё выйдет!» Потом схватила из распоротой подушки горсть пуха и возле люльки дунула с ладони. И вдруг из воздуха материализовался чертёнок весь в пуху. Девчонка начала бросать в него иголки — бросает по одной и в глаза целит. Он заметался, повалил её, стал кусать. Она кричит, мы растерялись, стоим, как дураки… От бабушки старенькой больше пользы вышло. Она со скалкой лежала, запаслась оружием старушка, ну, и швырнула в него. Сильно его разозлила. Он на неё, а она не боится, заехала ему кулачком прямо в пятак. Он к окну… растворился в воздухе, и только осколки полетели. А эти хохочут, одна покусанная, другая лежачая.