Некстати ей пришло в голову, что лишать зрения — методы подземщиков; она ляпнула об этом — снова ступила на скользкий путь, потому что Баз рассвирепел, и Айлин едва его удержала, всучив перстень с руки. Подобревший Баз рассказал историю о том, как осенью во время Отключения Дети свободы хотели покалечить Господина Миша, а мельник его защитил. Айлин расчувствовалась.
— Я просто обязана его отблагодарить. Мне нужно знать, что происходит на мельнице, Баз. У тебя есть подходы к Питеру? Марион меня на порог не пускает. Я и зимой приезжала и недавно…
— Ваш брат с ним приятельствует. Любит и поддерживает, как сына.
Айлин была потрясена.
— Ричард? Хоть бы слово сказал! Но ты же мне поможешь, Баз?
Тут Баз открытым текстом заявил, что готов, только неплохо бы получить разрешение от Хранителя на использование невидимого заклинания, которое он недавно приобрёл. Айлин проморгалась и затребовала подробностей, но Баз упёрся: разговор будет только с Хранителем.
Едва Баз ушёл, Айлин ринулась в подвал к Даймону, который по-прежнему занимал должность помощника покойного архивариуса. Они с Лунгом нашли его в просторном кабинете, заставленном шкафами с книгами и папками, и с порога озадачили известием о несчастье мельника.
— Потерял глаз? Неприятно. — Даймон вышел из-за стола, сделал несколько энергичных приседаний — высокий, атлетически сложённый молодой мужчина — и помассировал пальцами бритую голову. — Извините. При моей сидячей работе разминки необходимы. Прошу садиться.
— Да ну! — отмахнулась Айлин. — Потом ещё заставите приседать. Выручайте, Котас. Пророчества Аджита украдены, но вы делали перевод, и у вас прекрасная память. Припомните, пожалуйста, что было в пророчествах о Питере-мельнике?
— Надо подумать. Вроде бы про флаги… А что на мельнице важного?
— Я не знаю.
— Ах да, я и забыл, что вы книг не читаете. Даже имея обширную библиотеку, можно оставаться невежественным.
Айлин оскорбилась.
— Иногда не знать — лучше всего.
— Тогда отчего переполох?
— Понимаете, как Хозяйка мурров я должна присматривать за мельницей, это одна из моих главных обязанностей. Сейчас меня очень беспокоит, что мельник потерял глаз. Если он выживет в последующие две недели или два месяца — тут нет ясности — то всему… финал.
— Наконец-то. То есть я хотел сказать — да вы что?
— Сведения не совсем проверенные… из семейного пророчества некоего Рыбоеда. Простите, что навожу панику, но если из этой искры раздуют пожар, мельник действительно окажется в беде.
— Я тут, госпожа Айлин, почитал о мельнице и выяснил, что мельники иногда становились Хозяевами мурров, потому что они все… Монца! Интересный факт. Также я много читал об Агнеш и, к своему удивлению, узнал, что в представлении людей её имя прочно связано с мельницей. Историю Агнеш знают все, но я повторюсь. Уго был неоправданно жесток с дочерью, и она больше не хотела делить с ним кров и ждать его смерти. Она сбежала к сапожнику в долину. Это всегда казалось мне странным. Ставил подмётки на башмаки, и за это она его полюбила? Хитроумная Агнеш, красавица, дочь самого могущественного человека в Дубъюке, который привёз сюда мурров? Как неромантично. Причём, сбежала-то, прихватив нечто особо ценное, главную часть своего наследства. Но почему в долину? Не потому ли, что там жил Рейн, самый известный и почитаемый нижними человек, Мастер? А если Наследство Агнеш — это заклинания, которые легли в основу его поделок? Легенда гласит, что в конце концов один из главных артефактов Рейна вернётся на мельницу, отсюда и страх перед мельником. Кто мельнику проговорится, умрёт в тот же день, и всё такое. Кстати, оказавшись в долине, Агнеш как в воду канула, и тайну её исчезновения не разгадали до сих пор.
Айлин очень не нравился этот разговор, она парировала:
— Рейн жил на сто лет позже. Прочтите любую хронику.
— Да, это проблема, не решённая задачка… — пробормотал Даймон. — Ладно, вернёмся к пророчествам. — Он наморщил лоб. — Сначала было так: Каменщик влюбится, мёртвый воскреснет, смрадное поле ждёт смельчаков…
— Звучит зловеще, — расстроилась Айлин и вдруг ахнула. — Да ведь об этом Рыбоед и говорил! Бойтесь, ибо не успеет мельник лишиться глаза, как мертвецы полезут из могил. Вы тоже это слышали, господин Лунг, помните?! Что ж это такое? Ещё воскресших мертвецов нам не хватало…
Лунг захихикал.
— Отобьёмся! Хотелось бы уже на них взглянуть, а то только в кино…
— Вспомнил про флаги! — Даймон сел за стол и записал на листке, декламируя: