Надо сказать, дом был запущен до крайности. Целый год мы его отскребали, но в деревянные стены насмерть въелись запахи алкоголя, табака, рвоты и всей той грязи, которой зарастает любое злачное место. Дядя мой, стыдно признаться, слыл бандитом, и здесь был воровской притон. Однажды дядька исчез, что всем показалось странным, а мне вполне закономерным. Соседи меня разыскали и советовали побыстрее занять дом — устали от такого беспокойного соседства. Въехали мы не без скандала, да и после я просто замучилась выставлять из дома всяких сомнительных типов, которые никак не могли забыть сюда дорогу и вламывались в наше отсутствие. Но мы справились. Подремонтировали и живём.
…Вьюжит. Под ударами ветра дом поскрипывает, тоже жалуется на жизнь. Флюгер-петух с противным скрежетом вращается на ветру, и, каждый раз выходя из дома, я боюсь, что он рухнет мне на голову или прибьёт кого-нибудь из моих блохастиков. Но чтобы снять его, надо нанимать людей, а это деньги. Так что терпим, пока сын не закончит колледж.
— Мало того, что ты влетела мне в копеечку, разрыла землю в цветочном горшке, каркаешь, как ворона, похожа на чёрта, вот-вот начнёшь размножаться — ты ещё и храпишь, как мужик, старая клюшка!
Слушает меня и громко мурлычет. Довольная такая.
Эсти, проглотившая арбуз, с утра начинает хныкать: всё болит, и кости трещат, и спина чешется, из-за живота не достать… Смотрит на меня и жалуется. А как ты, говорю, хотела? Дружила с рыжим котом, вот и терпи. Невзлюбила Грейс. И чем ближе к родам, тем серьёзнее у неё подозрения насчёт Грейс — как бы, такая-сякая, будущих котят не поворовала! Ну, потому что все остальные кошки ходят беременные, и Тигресса и Селеста, а Грейс нет! А бедная стерильная Грейс настолько далека от мысли красть каких-то там котят, что откровенно не понимает, почему её везде караулит это чёрное толстопузое чудовище. На Эсти и так-то страшно смотреть, а в атаке она просто неотразима. Только заслышим визгливый вой, бежим спасать Грейс и грозим Эсти всякими карами. Да какие там кары. Мы же её любим, чучелку.
…Флюгер всё-таки свалился — на крышу теплички, пристроенной нами к дому. Спикировал на толстый слой снега без малейших разрушений. Теперь засыпаем под тихий скрип дома, и так хорошо на душе, так спокойно.
Заливают дожди, холодно. С утра проглянет солнце, только порадуешься, и уже налетели чёрные, как с пожарищ, тучи. Земля тяжёлая от влаги. Цветут нарциссы и дикие фиалки, а сирень только выпустила мелкие листочки и затаилась. Где вы, хосты мои, где тюльпаны, лилии, астильбы и прочая радость жизни?
Дома семеро по лавкам от трёх кошек, все славные, тёплые, смешные. Эсти пришлось оперировать, извлекли одного котёнка, кошечку, и, как ни странно, самую красивую — она трёхцветная, пушистая и похожа на мопсика с этими глазами в пол-лица. Подсунули Тигрессе, потому что у Эсти молока нет.
…Меня трясёт. С крыши теплицы стаял снег, и я вдруг увидела флюгер, про который совсем забыла. Дом столетний, и медный флюгер, похоже, столетний. Хорошо так позеленел от долгой жизни на свежем воздухе. Полезла на стремянку, чтобы достать, неловко потянула за лапу, а он соскользнул и рухнул на землю. Где и раскололся по шву, скреплявшему две половинки! О, какой меня ждал сюрприз… До сих пор сердце колотится.
Во-первых, у петуха были огромные стеклянные глаза чудного тёмно-красного цвета, и я почти уверена, что это рубины. Я недавно читала книгу о драгоценных камнях и минералах и внимательно изучила все фотографии. Во-вторых, из него вывалилась металлическая коробочка, мне кажется, латунная. Клад, настоящий клад! Я сунула коробочку в карман… как коршун, налетела на петуха, схватила за лапы, и бросилась в дом, пока соседи не увидели. Сын был на учёбе, так я сама выковыряла петуху глаза. Тяжёленькие! Красивенькие! Вы ж мои дорогие… Пожалуй, погожу радоваться, пока точно не установлю, что это не стекляшки. Чтобы не умереть от разочарования.
Коробочку открыла трясущимися руками. И?! Пришлось даже свои таблетки от давления принять. Внутри листок, исписанный красными чернилами. Слов — примерно пятнадцать. Буквы наши, а слова бессмысленные. Я не стала читать, я не дура, быстренько свернула листок и положила в коробочку. Даже ребёнок понял бы, что это заклинание.