— Это одно из самых старых писем, из тех времён, когда мы с Марион только начинали почтальонствовать, — сказала Питу Жанин. — Я, естественно, наведалась в тот дом, когда письмо вернулось. Туда уже вселились новые жильцы, сказали, купили. И знаешь, флюгер-петух снова был на доме, но больше не скрежетал на ветру. Они его смазали.
Глава 2
1
«Самая правдивая история о том, как была написана «Книга Кошек»
Давным-давно, когда люди и кошки ещё безбоязненно жили вместе, один ремешечник решил овладеть всеми их тайнами и достичь небывалого могущества. Был он молод и очень хорош собой и быстро нашёл кошечку, которая прижилась в его доме. Он восхищался ею, баловал и наконец заговорил о том, что, будь она девушкой, он охотно бы женился на ней. Вслух сожалея, что нет такого заклинания, которое помогло бы ей превратиться в человека, он делал обиженное лицо, намекая, как несправедливо обошлась с ними судьба.
От радости у Кошки помутилось в голове. Размечталась она, как выйдет замуж за хозяина, стала ходить к другим кошкам и, выведывая заклинания, действовала весьма изобретательно: у одних вымогала, другим льстила и приносила дары. После каждой такой сделки кошка, поделившаяся заклинанием, забывала его, и не случайно — не обошлось без магического воздействия нашей Кошки. И каждый день с утра до вечера Человек и Кошка неутомимо работали над своей мечтой: она передавала ему добытые заклинания, а он принимал и — писал, писал свою книгу, пухлую от множества страниц.
От тяжких трудов Человек быстро состарился, почти ослеп и однажды почувствовал, что пришло ему время умереть. Лёжа на смертном одре, стал он звать Кошку, но только через три дня откликнулась она на зов.
— Мяу, — сказала Кошка и села на пороге, вылизываясь.
— Я умираю, любовь моя.
— Вижу.
— Ухожу…
— Прощай.
— Кончаюсь!
— В добрый путь.
Они помолчали.
— Ты ещё здесь?
— Здесь.
— Подойди поближе…
— Подошла.
С трудом повернувшись на бок, Человек увидел возле кровати расплывающееся бурое пятно.
— Двадцать лет прошло, а ты совсем не изменилась. Неужели тебе известен секрет вечной жизни?
Кошка прыснула.
— Сюрприз! Среди тысяч собранных нами заклинаний не оказалось самого важного — как превратить обычную воду в живую, и ты только сейчас об этом спрашиваешь? Умирая? Чтобы услышать, что секрет живой воды я приберегла для себя?
Человек огорчился.
— За что ты так со мной?
— Ты потратил годы, составляя величайшую книгу тайн, и в жадности своей не мог остановиться, чтобы воспользоваться своими сокровищами. Это достойно презрения.
— Я трудился на пределе сил, не имея свободного времени, и не только для себя, для нас обоих, — возразил Человек. — Думаешь, мне было легко? Когда я пытался записать заклинание, даже самое простенькое сопротивлялось мне, вырывалось из рук, как скользкая рыба. Мои пальцы немели, голова кружилась, а тело ломило так, словно я целый день рубил деревья тупым топором. Днём и ночью я слышал множество голосов, как будто сами Древние, сами Тахиры запрещали нам переводить магию в письмена. А ты передавала мне заклинание и убегала за новым. Ты несла их и несла, и несла. Так кто из нас жаден?
— Я хотела набрать побольше, потому что кошачий век короток, а заклинания умирают вместе с кошками…
— Наконец я переписал свой труд, для удобства сведя заклинания в разделы, и это окончательно добило меня, превратив в дряхлого старика. А ведь мне всего сорок. Потом появились Хранители и отобрали у кошек заклинания, не все — какие смогли. Мне тоже пришлось отдать им половину нашего магического архива. А сама «Книга Кошек» попала в Спящую крепость, и она до сих пор там.
— Глупый был компромисс! Нас вынудили! — прошипела Кошка. — Но ничего, я времени зря не теряла и выучила её. Мы знаем, какие заклинания Хранители видят, а какие нет. Видимыми я пользуюсь осторожно, а невидимые… Мяу! Теперь я могущественнее королей, страшнее любой стихии и счастливее всех счастливцев, вместе взятых! Смотри внимательно, бедолага!
— Не надо! Остановись! — в панике закричал Человек. — Я ещё не всё сказал!
Но Кошка не слушала. Она уменьшилась до размеров муравья, потом превратилась в тигра. И стала она дождём и стала луной, и стала солнцем, и снова рядом с Человеком сидела его домашняя кошка, обыкновенная, с бурой полосатой шёрсткой и коротким, переломанным в дни скитаний хвостом.