— Вон отсюда! — рявкнул Даймон, и Гонзарик сразу испарился.
— Бедный ребёнок, — сказала Длит.
Гонзарик выглянул из-за косяка.
— Господин Даймон, господин Куафюр послал меня к вам, чтобы я сказал, чтобы вы шли стричься!
Даймон нервно махнул рукой, отгоняя мальчика, как назойливую муху. Тот снова исчез. Зато появился Барри и прошёлся по кабинету, обводя его блуждающим взглядом. Старик был так измучен, что при виде разорванной рубашки не мог вымолвить ни слова и только укоризненно потряс пальцем. Длит поднялась и взяла его под локоть, но тут перед ними возник неторопливый в движениях краснолицый Оссиан Куафюр. Приход лета не заставил мастера фена и ножниц отказаться от неизменного тёплого жилета поверх лёгкой рубашки с короткими рукавами.
Обычно из Куафюра трудно было выжать хоть слово, а тут он выдал с порога:
— Котас, я отсюда вижу, что у тебя там залохматилось справа!
— Утром брил, — со вздохом сказал Даймон, проводя рукой по голове, но из-за стола не встал.
— Не хочешь, страшнолысый, — не надо! — взвился Куафюр. — Только незачем унижать моих гонцов! Ухожу, но долго буду помнить! Долго!
Длит попросила возбуждённого мастера отвести старика Барри к доктору, а когда они ушли, спросила:
— Какая муха его укусила?
— Влюбился, — сказал Даймон.
— В тебя?
— Ой, как смешно. Я похож на принцессу с косами? Со мной он только консультируется. Как со специалистом в вопросах любви.
— Ты сегодня популярен.
— Если ещё кто-нибудь придёт, убью!
— Знаешь, — сказала Длит, усаживаясь, — у всех бывают такие дни.
— Ага. Когда хочется тихо пойти к себе и повеситься.
В кабинет вошла Сантэ, запрыгнула на стол и, улёгшись на бумаги перед Даймоном, уставилась на него. Кончик пушистого хвоста подрагивал, словно мурра готовилась к атаке. Длит забрала мурру к себе на колени и успокоила, погладив.
Даймон, с круглыми глазами, выдохнул, раздув щёки.
— Кажется, я был на волосок от сплющивания… Всем известно, что главная мурра меня недолюбливает. Итак?
Длит достала из кармана своего летнего платья пластиковый пакетик.
— Вот занозы Господина Миша, которые он получил в битве с ведьмой. Ты сказал, чтобы Виктория их пересчитала, и должно быть пятьдесят шесть. Их ровно пятьдесят шесть, Котас.
— А ты дотошная.
— Что всё это значит?!
— Что с некоторых пор точность предсказаний Аджита не восемьдесят процентов, а сто.
В кабинет в сопровождении Лунга вошла Айлин и с удивлением оглядела полуголого Даймона, восседавшего за столом, разорванную рубашку на столе и Длит с муррой на коленях.
— Прошу прощения за вторжение… Можно узнать, что происходит?
С неприятной миной Даймон встал и подойдя к двери, выглянул в коридор.
— Кого высматриваешь? — спросил Лунг.
— Старую Мышь. Только она тут ещё не отметилась. Она да Кристофер.
— У него сегодня отгул.
— Оденусь, и поговорим, — буркнул Даймон.
Через минуту он вернулся в свежей рубашке. Дамы сидели, Лунг расхаживал по кабинету.
— Длит рассказала, что вы обсуждали занозы. Пятьдесят шесть заноз, — сказала Айлин. — И вновь тревожащее совпадение…
Даймон посмотрел на Длит.
— Помнишь, я пересказал тебе отрывок из пророчеств, о Птицелове, которого следует поселить в Спящей для лучшей защиты? Там было пояснение:
Разбирающий буквы расскажет об этом
Красотке, бегущей объятий
Несчастного пленника…
— Так это была цитата? Я думала, ты присочинил.
— Цитата из Аджита, слово в слово. Потом пророчества украли, но недавно я обнаружил этот лист у себя — видимо, запал в душу, ну, и завалялся среди бумаг. Так вот, как раз эта памятная строка изменилась на:
Красотке, бегущей в объятия
Несчастного пленника…
Айлин сдвинула брови.
— Ничего не понимаю. Пророчество изменилось?
— Скажу больше. В пророчествах слишком много подробностей из жизни обитателей Спящей. Но пророчества не подделка.
Длит слушала не дыша. Лунг усмехался в ожидании интересной развязки.
— Ну, в общем, приготовьтесь это услышать, — продолжал Даймон. — Наш ясновидящий Аджит живёт в этом доме и путешествует во времени. Ясно видит нас и вставляет в пророчества. Жёлтая пресса, ей-богу. Клон небезызвестного База.
— Кто он?! — спросила Длит, прервав ошеломлённое молчание.
— Я честно пытался его отследить. Думал, сижу тут почти голый, на столе разорванная рубашка, сцена запоминающаяся. Зайдёт, а потом тиснет в пророчество. Но куда там! Ходят стадами! Кого я могу тут вычислить?!