— Он психиатр, а не врач, — сказал Хикс. — Я не доверил бы ему лечить даже заусеницу. И, если больше сказать нечего, мне нужно пробежаться по тюрьме, а тебе нужно вздремнуть.
— Я все понимаю. Вы идите, только оставьте мне свой сотовый. — Все зубы Эви были на виду. Ее улыбка, казалось, становилась все больше и больше. Эти зубы были очень белыми, и выглядели очень крепкими. Зубы животного, думал Хикс, и, конечно же, она была животным. Должна была быть, учитывая, что она сделала с теми торговцами метом.
— Зачем тебе мой сотовый, заключенная? Почему ты не можешь использовать свой личный невидимый сотовый телефон? — Он указал на пустой угол ее камеры. Это было почти смешно, гораздо смешнее тех глупых, сумасшедших и высокомерных фраз, которые исходили из уст этой женщины. — Он прямо там, и у него безлимит.
— Хороший совет, — сказала Эви. — Очень забавный. Теперь ваш телефон, пожалуйста. Мне нужно позвонить доктору Норкроссу.
— Не могу. Приятно было пообщаться. — Он повернулся, чтобы уйти.
— Я бы не уходила так быстро. Ваша компания не одобрила бы. Посмотрите вниз.
Хикс так и сделал, и увидел, что окружен крысами. Их было не меньше дюжины, глядевших на него строгими мраморными глазами. Он почувствовал, как из груди поднимается крик, но придушил его. Крик может их вспугнуть, заставить атаковать.
Эви протягивала через решетку тонкую руку, подняв ладонь вверх, и даже находясь в шаге от паники, Хикс заметил ужасную вещь: на этой ладони не было линий. Она была абсолютно гладкой.
— Вы думаете о бегстве, — сказала она. — Можно, конечно, попытаться это сделать, но учитывая состояние вашей жировой ткани, я сомневаюсь, что вы сможете бежать очень быстро.
Крыса пробежала по его туфлям. Её розовый хвост погладил одну лодыжку через клетчатый носок, и он почувствовал, как крик снова поднимается.
— Вы будете укушены несколько раз, и кто знает, какие инфекции мои маленькие друзья могут внести? Дайте мне ваш мобильный.
— Как ты это делаешь? — Хикс едва мог слышать собственные слова из-за крови, резко прилившей к голове от его сердца.
— Коммерческая тайна.
Дрожащей рукой Хикс снял телефон с ремня и положил его в эту ужасную безликую ладонь.
— Можете идти, — сказала Эви.
Он увидел, что ее глаза стали ярко-янтарного цвета. Зрачки стали похожи на черные бриллианты, кошачьи зрачки.
Хикс переступал через шнырявших вокруг крыс, и когда он был за ними, то побежал по Бродвею к безопасной Будке.
— Очень хорошо, Мать, — сказала Эви.
Самая большая крыса стояла на задних лапах и смотрела вверх, подергивая усами.
— Он был слаб. Я могла чувствовать запах его больного сердца.
Крыса упала на лапы и побежала в сторону стальной двери душевой кабины дальше по Крылу А. Остальные последовали за ней, как дети на школьной прогулке. Между стеной и полом был зазор, изъян в цементе, который крысы и расширили. Они исчезли в темноте.
Телефон Хикса был защищен паролем. Эви без колебаний набрала четырехзначный код, и, не сверяясь с контактами, набрала номер сотового Клинта. Он ответил немедленно, и не сказал «алло».
— Умерь свой пыл, Лор. Я скоро вернусь.
— Это не Лор Хикс, доктор Норкросс, это Эви Блэк.
Молчание на другом конце.
— Ситуация дома нормальная, надеюсь? Или хотя бы такая нормальная, как это может быть, при сложившихся обстоятельствах?
— Как ты заполучила сотовый телефон Хикса?
— Я его одолжила.
— Чего ты хочешь?
— Во-первых, предоставить вам некоторую информацию. Начинаются поджоги. Мужчины тысячами сжигают женщин в своих коконах. Скоро это будут десятки тысяч. Это то, чего многие мужчины всегда хотели.
— Я не знаю, каким был твой опыт общения с мужчинами. Мерзкий, наверное. Но что бы ты ни думала, большинство мужчин не хотят убивать женщин.
— Мы все увидим, не так ли?
— Да, я полагаю, увидим. Чего еще ты хочешь?
— Сказать вам, что вы один. — Она весело смеялась. — Что вы — главный Мужик.
— Я не понимаю тебя.