— Если кому-нибудь интересно узнать, что было со мной, так из любопытства, могу рассказать, — усмехнулась Алиса, когда Вика и Русланом закончились. — Куда мне до ваших проспектов с людьми и кусочков неба! — она по-прежнему сидела на скамейке, тогда как бывшие сотрудники дома мертвых остались на полу. — У меня были тяжелые… мертвые будни. Подъем в шесть утра, утренняя разминка, затем кросс в полном снаряжении, после строевая подготовка…
Вика видела ненависть, застывшую в единственном глазе.
— А…Але… Алиса, — вспомнила она имя. — Зачем ерепенишься?! Мы вместе упали в эту яму. Нам вместе и выбираться. Может, от тебя мы сможем узнать необходимые и полезные нам сведения?!
— Вероятно, — деланно согласилась спящая. — У меня есть очень необходимые нам сведения! У одного из охранников в том месте, где я находилась, какая-то венерическая болезнь. И, скорее всего, далеко не одна. — Она передернулась от воспоминаний. — Ну как, помогли мои сведения?
Воцарилась тишина, нарушаемая звуками, мотора, проезжающих машин и ветра. Такими обычными, но такими радостными звуками жизни.
Машина ехала настолько долго, что спящим показалось, будто она никогда не приедет. За окнами начало темнеть, кузов погрузился в сумрак.
— В Москву наверно едем, — прервал Руслан тишину.
— С чего ты решил? — посмотрела на него Вика.
— Спящих никуда не возят. Их исследуют в местных институтах. Видимо мы очень крупные «шишки», что нас повезли. А по логике вещей, где находится главная лаборатория?
— В Москве, — пробормотала Алиса. — Только я не пойму, с чего это мы такие важные персоны?
— У меня есть догадки, — признался Руслан с таким видом, будто повинился в импотенции.
— Я наверно знаю, о чем ты говоришь, — предугадала Вика. — Что-то с нами ненормально. Мы не такие спящие, как остальные.
— В смысле «не такие»?! — в голосе Алисы слышались нотки металла и издевки.
— Я тебе не смогу объяснить, в полном смысле, — пояснил Руслан. — Но не такие. Мы проходили в институте признаки спящих. Да и работал… работали, — взглянул на подругу. — Мы в таком месте, где полагается знать подобные вещи. Наши конечности сохраняют полную работоспособность долгое время — значит мы не «брак». Но и для «живых» мы какие-то странные… Мало того, что у нас полностью работает нервная система… — Руслан понял, что оговорился насчет «у нас». — По крайней мере, у меня работает.
— Я вообще не пойму, что там у кого работает. Что за «брак» и «живые»? — пренебрежительно бросила Алиса, будто Руслан рассказывал какую-то детскую небылицу.
— «Брак» и «Живые» это разновидности спящих, — пустился он в пояснения. — А нервная система у меня работает… Я будто и не умирал, — тихо произнес он. — Иногда мне кажется, что здесь точно какая-то ошибка. А однажды, когда меня били током я несколько раз почувствовал… не знаю, может… показалось… почувствовал, что сердце вновь на несколько секунд забилось.
— Это оно передых брало, — съязвила Алиса. — Отдышаться. А потом снова забьется и нормально пойдет, как в той, песне старой.
— Между прочим, если ты не знаешь, — повысил голос Руслан. — То из клинической смерти выводят именно разрядом тока…
— Хочешь сказать мы лишь в клинической смерти, а все, что с нами происходит, нам лишь кажется?!
Руслан промолчал.
— Кончайте пререкаться! — грохнула кулаком по металлическому кузову Виктория.
— А ты чего такая борзая?! — вырвалось у Алисы. — Нашла себе мужика и думаешь, можешь приказывать?!
Вика бессознательно затаила злость на все в округе. Стены лишь частично снимали клокотавшую внутри ярость. Когда-то терпение и внутренний сдерживатель должны были угаснуть. И они угасли.
Выверенным движением она нанесла спящей удар в нос, а в следующее мгновение, позабыла правила и приемы и, погрузившись в пучину бесконтрольной агрессии и злости, накинулась на Алису.
Они рвали друг другу волосы, били чем можно и куда угодно. Сквозь поглотивший двух девушек азарт неконтролируемой ярости доносились вопли Руслана «Прекратите», «Что вы делаете?!», «Остановитесь!». Он даже попытался их разнять, но тщетно. Вся накопившаяся обида за безвременно оконченную жизнь разом выплеснулась наружу, придав спящим столько сил, сколько ни один мужчина не имеет.
Они бросали друг друга на стены, пытались безуспешно выцарапать глаза. Алиса не единожды старалась посильнее ударить Вике в живот и несколько раз преуспела. Вика, в свою очередь, подсознательно наносила калечащие либо смертельные для человека удары, но для спящего настолько же страшные, как для слона комар.