Когда матросы перебросили сходни с лоцманской лодки на «Гордость», Ахира подошел к борту. Темные тени суетились в воде под бочкоподобным брюхом лодки. Гном поморгал, потом сощурился, пытаясь понять, кто это.
– Силки, – выдохнул Хаким. – Они там приковали силков!
К ним подошла Андреа и тоже облокотилась о борт.
– Силки? – нахмурилась она. Ахира кивнул.
– Силки – тюлени-оборотни. Только в тюленьем обличье они очень крупные – вроде морских львов. В нашем мире они существуют лишь в мифах. Возможно, миф возник так же, как легенды о русалках – из встреч с реальными дюгонями.
А может, и нет. Да и русалки, возможно, существовали не только в сказках, как он думал всегда. Переходить из одной вселенной в другую могут не только люди; и переход открыт в обе стороны.
Оба конца сходней закрепили, и экипаж ладьи высыпал на палубу: с полсотни людей в тяжелых панцирях, с луками и стрелами наготове, хоть тетивы на луках и были спущены, и никто не целил в «Гордость Ганнеса». С кормы ладьи на сходни легко ступил высокий тонкий человек в серебристой тунике. Даже не коснувшись низких перил, он быстро дошел до «Гордости Ганнеса» и спрыгнул на палубу. За ним следовали два кряжистых мечника – они переходили не столь беззаботно, шаг их был тяжел, а ладони будто прилипли к перилам сходней.
Ганнес подошел к гибкому человеку и низко поклонился.
Андреа покачала головой.
– Не хотелось бы мне переходить вот так – тем более ежели в таких доспехах. Оступись он – и пошел бы ко дну, что твой камень.
Барак – нет, он велел называть себя Карлом – Карл фыркнул.
– Он эльф. Видишь уши? Он так же способен оступиться, как ты…
– Хватит! – оборвал его Ахира. Гном повернулся к Хакиму. – Как же это им удалось – приковать силков? Им ведь только и надо, что перекинуться в людей и выскользнуть из ошейников.
Хаким понимающе кивнул. Что угодно, лишь бы эта парочка не кидалась друг на друга, да?
– Тут может быть несколько способов… Во-первых, допустим, трансформация занимает несколько минут. Тогда любой из этих стрелков успеет всадить в него довольно болтов, чтобы он, став человеком, годился только на пособие по назиданию другим.
– Ты сказал – несколько способов?
– Ну да. Например, у силков могут быть семьи – жены, мужья, дети, родители… Что-то не нравится мне этот народ.
А если они еще узнают, кто ты такой…
Гибкое блестящее черное тело разорвало водную гладь, с шумом втянув воздух, и резко нырнуло. За ним, извиваясь, тянулась цепь. Пальцы Карла на рукояти меча побелели.
Стараясь, чтобы это выглядело небрежно, Ахира коснулся руки воина.
– Тебя что-то тревожит?
– Это. – Он указал подбородком на лодку лоцмана. – Я ведь почти решился…
– Ну конечно, – Хорошо, что почти. – Не будем нарушать и здешних законов, ладно? – Ахира изобразил усмешку. – Ты что задумал – прыгнуть к ним на борт с мечом в руке? Что – твой черед изображать Эйба Линкольна?
Карл бледно улыбнулся.
– Скорей уж – подушечку для булавок. – Он показал на Ганнеса и эльфа: те негромко беседовали, занятые просмотром каких-то пергаментных листов, скорее всего – таможенных деклараций. – Я понимаю так, что это – обычный таможенный досмотр. А ты?
Кивок.
– И, похоже, он закончен.
Эльф одарил Ганнеса мимолетной улыбкой, покровительственно похлопал его по плечу и пошел к Ахире и остальным – те стояли подле своих рюкзаков.
– Приветствую вас, – проговорил он на эрендра. Потом качнул головой, и меж прядей светлых волос на мгновение мелькнули острые кончики ушей. Он был на удивление тонок – если бы не уши, его можно было принять за обычного человека, только очень изможденного, или за ожившее отражение из комнаты смеха. – Я Аирван ип Мельруд, представитель Совета Гильдий достославного Пандатавэя. – Он говорил быстро, словно это была дежурная речь. – Мне нужно знать ваши имена и род занятий – чтобы назначить въездные пошлины. Вы, разумеется, можете отказаться сообщить, зачем прибыли, но в этом случае пошлина будет наивысшей. – Он глянул на Карла и усмехнулся. – Ты можешь не беспокоиться; ты ведь воин?
Карл шагнул вперед.
– Ты имеешь что-нибудь против воинов?
Телохранители эльфа зашевелились: оба, руки на мечах, быстро встали за спиной Аирвана. На лодке поднялись жала луков.
– Спокойнее, Карл, – прошипел Ахира.
Карл отступил. Эльф хмыкнул, покачал головой, потом отошел к перилам и, расставив пальцы, оперся на них. Легкий кивок – телохранители и стрелки расслабились.
– Лично или в профессиональном плане? – уточнил Аирван; вопрос адресовался Карлу, будто их не прерывали. – Впрочем, ни то, ни другое не важно; политика Совета такова, что всем воинам разрешается свободный въезд, дабы обеспечить их участие в Играх. – Он пожал плечами. – Не то чтобы эти поблажки были нужны – вы, профессиональные убийцы, всегда охочи до легких денег, за которые не приходится рисковать. – Эльф приподнял тонкую бровь и улыбнулся. – Ты, как я понимаю, считаешь себя мечником. Истинным мастером клинка, не иначе.