Найденыш как-то нехорошо прищурился, но кивнул и поставил передо мной чашку с чаем. Тайка высунула нос из-под стола, но быстро убедилась, что ничего особо интересного здесь уже не едят, заползла обратно и разлеглась, блаженно вытянув лапы. Я не удержалась и, наклонившись, цапнула ее за белую шерсть на кончике хвоста. Сытая собака лениво покосилась на расшалившуюся хозяйку, но хвостом все же завиляла.
— А ты останешься дома, — назидательно сообщила я ей, — чтоб неповадно было терять кроссовки.
Тайка предсказуемо не расстроилась. Дома было тепло, а снаружи то и дело творилось какое-то совершенно неприемлемое безобразие, пугающее приличных собак.
— Баловень, — хмыкнула я, выпрямилась — и вздрогнула от неожиданности, обнаружив Найдена в полушаге от себя.
Найденыш удивленно моргнул, но назад не отступил.
— Я ни слова не сказал про серьезные отношения, не делай такое лицо, — попросил он, однобоко усмехнувшись.
С лицом я ничего поделать не могла.
Он стоял совсем близко. Настолько, что я могла почувствовать запах машинного масла — должно быть, слишком долго возился с генераторами — и сушеной мелиссы, которую он добавлял в чай. Вблизи стало заметно, что царапину, оставившую шрам на его лице, тоже зашивали — и стежки были очень маленькие и аккуратные; а вот рубцы на горле, похоже, зарастали сами по себе.
Я собралась было спросить об этом — странно, что такие глубокие раны на шее оставили без внимания — но запнулась, едва встретившись взглядом с серьезными орехово-карими глазами. Дыхание перехватило, и голова вдруг стала странно легкой — а какая-то неизменно прагматичная часть меня малодушно порадовалась, что я осталась сидеть. Шансов устоять на ногах у меня определенно было исчезающе мало.
Самое смешное, что найденыш так ничего и не сделал. Просто стоял рядом, с неуместной серьезностью наблюдая, как одна пустоголовая дурочка пытается вспомнить, что она там говорила про «время, чтобы отойти от этой истории», «семь лет» и прочую совершенно неважную дребедень — и все равно растекается по стулу сладкой лужицей.
Из-за здорового мужского запаха, теплого дыхания и его близости. Из-за этих вечеров наедине, из-за понимающих ухмылок, горячих ужинов, язвительных пикировок. Из-за очертаний грелки под свитером, из-за пирожка с соленым тестом, генератора в моем куполе и света на кухне. Из-за тонкой шпильки и пушистого облачка — кажется, уже вместо мозгов, а вовсе не в волосах, потому что я сама протянула руку, цапнула его за горловину свитера и заставила нагнуться.
Найденыш неаккуратно, со звоном и плеском, поставил на стол свою чашку и, судорожно втянув в себя воздух, ответил на поцелуй. Целовался он тоже как-то несимметрично: осторожничал, явно опасаясь сделать неприятно. Шрам под губами и правда ощущался неожиданно четко, но мне он показался просто теплым и чуть шершавым.
Намек в виде попытки (не увенчавшейся успехом, но все же) стянуть с найденыша свитер вышел вполне наглядным и понятным, и Найден, уже не стесняясь, сдернул меня со стула. Я досадливо прикусила его губу — свитер был шерстяной, ну очень колючий — но разрывать поцелуй Найд не спешил: глухо усмехаясь, задрал мою кофту и положил горячую ладонь мне на поясницу, крепко прижав к себе — и я вздрогнула, вдруг через все слои одежды ощутив, насколько серьезно он настроен.
Черт.
Мне было хорошо, слишком хорошо, чтобы я остановилась. Но Найден привычно отреагировал на малейшее изменение моего настроения — и отступил, прикрыв потемневшие глаза и выравнивая сбившееся дыхание.
Я молчала, прижав ладони — увы, слишком горячие — к пылающим щекам. Тайка индифферентно дремала под столом и даже ухом не повела, когда найденыш протянул руку и убрал с моего лица выбившуюся из прически прядь волос.
А я вздрогнула снова.
— Не бойся, — хрипловато попросил Найд. — Может, я и не мужчина мечты, но не сделаю ничего против твоей воли.
— Не боюсь, — призналась я и снова села на стул, не рискнув доверять вес тела ватным коленкам. И прикусила губу: не признаваться же, что эта дрожь — вовсе не из-за испуга? — Найд…
— Все нормально, выше нос, — скомандовал он.
Но не коснулся этого самого носа, задирая его вверх, как запросто сделал бы еще утром. Я наградила его удивленным взглядом и, поняв, что найденыш действительно настроился выдерживать вежливую дистанцию, потянулась и легонько, сгибом пальца, приподняла его нос.
Найден заломил бровь и послушно соорудил нарочито гордую мину, запросто подхватывая игру.