Найденыш фыркнул, не переставая перебирать мои волосы, и, кажется, собрался по обыкновению ответить комплиментом на комплимент, когда за моей спиной раздалось разочарованное:
— Ты разбиваешь мне сердце, женщина. Что значит «не бывает»? А как же я?
Я обернулась через плечо.
Лют, небрежно придерживая переброшенную через плечо форменную парку пальцами, пинком закрыл за собой дверь приемной и страдальчески заломил темные брови.
— А тобой все равно господин начальник закусит после того, как схарчит Найдена, — сходу сообщила я ему. — Если узнает, сколь рискованные пассажи ты изрекаешь в мой адрес.
— Но ты же меня не сдашь? — усмехнулся Лют. — А то получится, что идеальных мужчин действительно не останется.
Найден поверх моей головы посмотрел на него так, будто решил объесть господина начальника и схарчить одного идеального мужчину самостоятельно, но пока еще подбирает соус. Я стукнула его кулаком по спине, но добилась только того, что найденыш однобоко ухмыльнулся, как будто определился с соусом.
— Я собираюсь на место происшествия, — резко сменил тему ревизор младшего чина, видимо, сообразив, что переигрывает и этак скорее дойдет до петушиных боев, нежели до моральной поддержки информатора. — Ты туда тоже хотела? Провести не смогу, но оглядеться вместо тебя — запросто.
Я благодарно кивнула и высвободилась из рук Найдена. Он отступил с явной неохотой, но Лют с профессиональной ревизорской бесцеремонностью отказывался чувствовать себя третьим лишним и упрямо держался рядом со мной всю дорогу до магистрали.
Мне показалось, что облако стало меньше, но было непохоже, что его начали раскалывать: никаких сколов, следов от инструментов или расплавленных краев. Сквозь лед просвечивали очертания бытовок. Из восточного бока бодро торчала стрела строительного крана, украшенная горизонтально торчащими сосульками нежного бледно-зеленого цвета. Вокруг него, громко споря, толпились люди в форме ревизионной комиссии. Завидев нас, один из спорщиков отделился от коллег и быстрым шагом направился к Люту.
— На глаз — еще минус два сантиметра, — отчитался он, с любопытством посмотрел на меня и вдруг прикипел взглядом к Найдену.
— Засечку маркером сделайте, — посоветовал Лют и подбородком указал подчиненному на башню крана. — Понабрали молодежи, — проворчал ему в спину ревизор, которому на вид сложно было дать хотя бы тридцать.
— А минус два сантиметра чего? — не удержалась я.
— Любопытного носа, — немедленно отбрил Лют. — Я вообще-то из вежливости тебя позвал, а не чтобы тайну следствия раскрывать. Что ты здесь хотела, неугомонная душа?
Пришлось признаваться.
После моих сумбурных объяснений («красненькие такие, как на совсем маленького ребенка») ревизор молчал добрых полминуты, прикидывая, издеваюсь я или нет.
— Кроссовки, — наконец, повторил он без выражения и с постной физиономией пронаблюдал, как я киваю, а Найден начинает давиться смехом. — Для собаки. Нет, не дождешься, сам я их искать не буду. И не вздумай проболтаться Хотену! — решительно потребовал Лют и внезапно рыкнул во всю глотку: — Карпов, Громова!
От гомонящей толпы возле строительного крана отделились две невысокие фигурки и поспешили к начальству. Вблизи они из-за бесформенных парок выглядели почти неразличимо, и я несказанно удивилась разным фамилиям, но вовремя сообразила, что девушка (кто бы из этих двоих ей ни был) вполне могла оказаться замужем.
Ревизоры с каменными лицами выслушали указания начальства и четко развернулись, жестами поделив обследуемую площадь.
— Ни шагу за ограждение, — твердо сказал Лют и нырнул под желтую ленту. — Ты — особенно!
Я оскорблено взглянула на нацелившийся мне в грудь указательный палец. Вероятно, указательный. В варежке было не понять.
— А что я-то сразу?
— А он ни разу не пытался влезть в тайну следствия, — невозмутимо сообщил Лют, кивнув в сторону Найдена.
Я не нашлась, что ответить, и ревизор гордо развернулся и походкой победителя направился к стреле крана. С его приближением гомон вмиг утих, и подчиненные диковато порскнули в стороны. И чем он их так пугает?
— Не мерзнешь? — заботливо спросил найденыш, и я внезапно осознала, что вся закоченела, пока стояла. — Может, пройдемся?.. Что?
Я сообразила, что застыла с крайне озадаченным лицом.
— Да нет, просто поняла, что последние несколько дней не мерзла. Вообще. А сегодня что-то вдруг… давай-ка действительно пройдемся. На ходу теплее.
Найденыш задумчиво кивнул каким-то своим мыслям и бодро развернул меня в сторону… строительного крана. И повел вдоль ограждения. С исключительно невинным видом.