- Нет.
Сайлас напрягся.
- Когда я вступлю в бой, бегите, - прошептал он.
- Нет…
- Я сразу за вами.
- Сай… - я не успела закончить, Серебряный рыцарь бросился, и Сайласу пришлось вскинуть меч, чтобы его не разрезало. Звон стали о сталь оглушал, отражался эхом от камней, слева упали сталактиты, чуть не попав по женщине-алхимику с булавой.
Я схватила Твайлу за руку, но мы не успели добраться до проема, Серебряный рыцарь понял, что я делаю, и бросился перекрыть нам путь. За нами Сестра Надежда. Ниа и ее жена как-то сдерживали других мужчин, отгоняли их к порогу, размахивая оружием – Сестра Надежда умело, а другие – как повезет.
Я отпустила руку Твайлы, подбежала к столу и схватилась за одну из лавочек. Твайла посмотрела на меня, как на безумную, что-то прокричала, но я не слышала ее в шуме. Я толкнула скамейку по полу изо всех сил. Она врезалась в ноги Серебряного рыцаря, и он отшатнулся к двери. Сайлас торжествующе закричал, его меч столкнулся с открытым участком на ведущей руке рыцаря.
- Бегите! – услышала я его вопль, схватила Твайлу за руку и застыла, когда в комнату ввалился голем, глиняные руки слепо потянулись к нам. Он был меньше того, что сломал меня, но все равно пугал пустым лицом. Спину закололо, я застыла на месте.
А из-за голема появилась еще одна фигура.
Он был в золотой броне, снял золотой шлем в форме дракона с головы, и белые волосы упали на его спину, улыбка появилась на его бескровном лице.
Спящий принц.
* * *
Он склонил голову так, как, похоже, делали все алхимики.
- Вот мы и встретились, - сказал он, глядя на меня, и я узнала голос из снов. Он посмотрел на Твайлу. – Дочь Пожирательницы грехов? – он кивнул себе и продолжил разглядывать нас, пока не увидел Амару. – Сама Пожирательница? Как повезло, - ленивая улыбка расплылась на его лице. Он бросился вперед, но его отогнал Сайлас.
- Бегите! – завопил Сайлас.
Я толкнула Твайлу мимо него, голем замахнулся огромной рукой на Сайласа. Мы тут же врезались в одного из людей в черной броне, склонившегося над телом. Я не знала, мужчина это или женщина, я видела лишь темную кровь на когда-то белых волосах. Мужчина поднял голову и ужасно улыбнулся, поднял меч, и я оттащила Твайлу прочь.
Он побежал за нами, а я взметнула руку и выхватила факел из скобы в стене, ударила им по лицу преследователя. Его крик был ужасен, он рухнул на землю, схватившись за голову. Вонь горящей плоти заполнила пещеру. Все еще сжимая факел, я взяла Твайлу за руку и побежала прочь от главного зала, горящего человека и Спящего принца.
Я не оглядывалась. Наши ноги стучали по камням, я старалась следить за стенами, отдергивала занавески, чтобы понять, узнаю ли я хоть что-то. Воздух становился холоднее, мы углублялись, но это было плохо. Нам нужно было на поверхность, чтобы сбежать.
- Стой, - сказала Твайла, задыхаясь, и звук был слишком громким в звенящей тишине туннелей. – Без помощи мы путь не найдем. Туннели здесь длинные. Мы просто потеряемся.
- Это лучше, чем быть пойманными, - сказала я.
Она открыла рот, чтобы возразить, но тут мы услышали это. Тяжелые шаги, щелканье металла. Броня. Кто-то шел к нам. Кровь отлила от моего лица. В этот раз она схватила меня за запястье и потащила. Я увидела дверь и поняла, что мы ошиблись, мы завели себя в сердце Конклава. Шаги все еще слышались позади.
- Нужно спрятаться, - прошептала она. – Мы должны.
Она была права, и я последовала за ней в храм.
Роскошь превратилась в сцену из кошмара. Люстра упала, и в комнате было мрачно, горели лишь факелы на стене. Пол был усеян сотнями разбитых черепов, пустые глазницы смотрели на нас, сломанные челюсти и зубы смешались с обломками лавочек. Я посмотрела на потолок, там теперь свободно свисали кости. Я не знала, что делал сверху Спящий принц, что обрушило потолок.
Мы бежали по костям к алтарю, поскальзывались на острых обломках и щепках, облака пыли окружали наши сапоги, хрустели под ними кости. Мое сердце бешено колотилось. Мне было плохо от страха и предвкушения.
- Где мы спрячемся?
- Не знаю, - она озиралась. – Должно быть что-то. Какая-то пещера, трещина в камне, - она заглянула за ширму, я тоже искала, стараясь как можно тише отодвигать ногой обломки ребер.
Я услышала ее вскрик, подумала, что мы спасены, что она что-то нашла. Но она смотрела не за ширму, а на ряды лавочек.
На пороге стоял мой брат, закованный с ног до головы в серебряную броню, и смотрел на нее. Шлем был под его рукой, а правая висела плетью, броня была испачкана кровью.
Серебряным рыцарем был не Вестник. Это был Лиф.
Глава 25:
Он смотрел на нее, пока шел к лавочкам, не замечая кости под ногами. Между ними была зловещая связь, пока она стояла у алтаря в изорванном и пыльном платье, а он шел к ней по реке костей.
Он был жив.
Я была права, он не умер. Я знала, что он бы не умер. Но моя радость угасла так же быстро, как и появилась. Он был со Спящим принцем. Работал на него… с ним. Мой брат. Потому он не вернулся.
Я смотрела на него, отчасти надеясь, что он не настоящий, что у меня галлюцинации. Он улыбнулся, но я не помнила у него такую улыбку. Его губы растянулись и изогнулись, это больше напоминало гримасу.
- Привет, Твайла, - сказал он, остановившись в паре футов от нее и бросив шлем на лавочку.
- Привет, Лиф, - ответила она и улыбнулась в ответ.
Его лицо засияло, было больно смотреть на него, его чувства светились так же ярко, как и броня, и я поняла, что он любил ее и все еще любит, как бы она ни думала. Я повернулась к ней и увидела на ее лице такое же желание. Меня здесь словно не было. Только они.
Он мог быть очарован, потому не вернулся и не писал. Он не мог. Спящий принц очаровал его, а теперь Твайла разрушила это заклятье. Как в сказках, один поцелуй, и он будет свободен, и мы уйдем, заберем Сайласа и найдем способ одолеть Спящего принца.
И тут я поняла, что Лиф был здесь, а Сайласа не было. Лиф сражался с ним. Он должен был победить, чтобы прийти сюда…
Я схватилась за скамейку, рот раскрылся в беззвучном крике.
Я посмотрела на Твайлу. Любовь и желание на ее лице пропали.
- Ты снова это сделал, не так ли? – сказала она.
- Я могу объяснить.
- Мы снова будем об этом говорить? – прорычала она, и мы с Лифом отпрянули от нее. – Быть предателем – не выход, понимаешь? Как ты можешь быть в родстве с Эррин? Она рисковала жизнью за любимых людей. Ты предал всех, кто проявил к тебе доброту, и предаешь снова и снова для своей выгоды.
- Я и не ждал, что ты поймешь.
Она покачала головой и посмотрела на его меч.
- Это Мерека? – он не ответил, и она горько рассмеялась. – Конечно. Если это Мерека, то тебе именно это и нужно. Его дом, его меч, его невеста…
- Не помню, чтобы ты возражала, - холодно сказал Лиф, Твайла судорожно вдохнула. – Я не знал, что он убьет Мерека, - продолжил он, и ему было сложно сохранять голос ровным, мое сердце сжалось. Брат был там, когда убили короля. Он был там с самого начала. – Я думал, он возьмет его в плен. Я не хотел ему вреда.
- И ты называл меня наивной.
Он покачал головой.
- Твайла, я…
- Если скажешь, что все еще любишь меня, то, клянусь богами, я тебя убью, - прошипела она.
- Я не собирался, - сказал он, и честность в его голосе заставила ее притихнуть. – Я хотел попросить тебя спрятаться. Чтобы тебя не нашли.
- Ты помогаешь нам?
- Он хочет твою голову рядом с головой Мерека на вратах Лортуны, - сказал Лиф. – И хотя мы уже не… друзья, я не хочу этого видеть.
Твайла побелела, а во мне вскипел гнев.
- Лиф? – сказала я, и они вздрогнули и повернулись ко мне.
- Эррин, - Лиф попытался улыбнуться.
- Где ты был? Почему не вернулся? Почему не писал?