Он кивнул, но не смотрел на меня, а продолжал расставлять предметы. Ничего особенного я не видела, такие предметы были и в аптеке, но в таком месте видеть это было странно, и трепет чего-то, похожего на страх, пробежал по коже моей головы.
- Все это время это был ты? – спросила я, и он снова кивнул. – Но девушка…
Его янтарно-золотые глаза посмотрели на меня, и я притихла. Он словно видел меня насквозь, читал меня, и хотя моя кожа пылала, я не вздрогнула и не отвела взгляд.
Он первым отвернулся.
- Что ты чувствуешь?
Я закрыла глаза, пытаясь оценить состояние тела.
- Ничего, - сказала я, открыв глаза, голос вырвался всхлипом.
Он глубоко вдохнул.
- Попробуй пошевелить носками, - попросил он.
Я сосредоточилась на этом, он пристально смотрел на меня, а потом покачал головой.
- Пальцами?
Я попыталась, и он выдохнул и взглянул на кивнувшую Димию.
- Они двигались? – спросила я с надеждой.
- Мизинец, - сказала Димия.
- Еще раз, - сказал Сайлас, и я послушалась. Он кивнул, и от облегчения у меня закружилась голова.
- Хорошо. Это хорошо, - сказал Сайлас, но его руки в перчатках закрыли лицо, не сочетаясь с его словами.
Когда он убрал ладони, то посмотрел на них, глубоко вдохнул, и с этим вдохом комната словно стала меньше, словно он втянул ее в себя. Воздух стал напряженным, окутал меня, как вуаль, и волоски на моей шее встали под шерстью моей туники. Это я чувствовала.
- Готова? – спросил он. – Может не сработать. Я никогда… Не с таким большим. Но попробовать стоит.
- Спасибо, - прошептала я.
Он кивнул и приступил к работе, откупоривал склянки, разворачивал свертки, смотрел на весы. Когда он снова взглянул на меня, я улыбнулась, и он кашлянул.
- Начнем, - он открыл квадратик вощеной бумаги, отмеченной кругом, пересеченным линией, и я вскрикнула. – Что? – спросил он, тревога пробилась сквозь его привычный тон, он просыпал белые кристаллы из пакетика на стол.
- Это соль?
- Да, - он смел просыпавшуюся соль на руку. – А что?
- Это не давало мне покоя. Я видела символ. Понимала, когда мы пришли, что это что-то из алхимии. Но не знала, что это была соль. Великий очиститель.
Он шумно выдохнул и насыпал белые кристаллы на бронзовые весы, балансировал их, пока не кивнул.
- Соль отсюда. Кристалл, что формируются, когда вода протекает сквозь камень. И она блестит там, - он указал на сияющий потолок, а потом высыпал соль в ступу и начал толочь ее. – Сал Салис. Отличается от морской соли. Такую в еду лучше не добавлять. Поверь, я понял это жестоким образом, - он закатал рукава туники. Я видела, как напрягаются его мышцы, пока он работает, и, несмотря ни на что, было увлекательно смотреть, как они двигаются, пока он превращает соль в порошок, а потом добавляет в миску. – Разожги, пожалуйста, огонь, - сказал он, выведя меня из транса.
Димия появилась рядом с ним, улыбнулась мне и чиркнула огнивом. Я ощутила укол зависти, когда увидела, как она работает рядом с ним. Я хотела быть частью этого.
Я молчала, а он говорил ей, что передать ему. Я следила, как он добавляет это в миску, пытаясь называть травы, растения, порошки, вещи, что я знала, и что никогда не видела, и о существовании которых и не догадывалась. Бархатцы, вьюнок, ангельская вода, тоник алхимика, листья лавра, мандрагора, ипомея, кора тиса, пшеница. Названия крутились в моей голове, и я пыталась все запомнить.
Смесь грелась, странный травяной запах исходил от нее, и я сморщила нос.
- Будет намного хуже, - Сайлас пропал из поля моего зрения. Когда он вернулся, он принес два глиняных горшочка, он заглянул в миску и поставил горшочки рядом. – Почти, - сказал он скорее себе, чем нам с Димией. Он придвинул горшочки, и я увидела на них символы.
На первом был треугольник с крестом на его основании, и оттуда он вытащил ярко-желтый камень. Из второго, отмеченного кругом в короне, он вытащил красный камень. Он поставил каждый камень в плоское медное блюдце с такими же символами, как на горшочках, и поставил их перед треногой.
- Тебе пора уходить, - он посмотрел на Димию, она неохотно кивнула и посмотрела на меня.
- Скоро увидимся, - сказала она, подошла и коснулась моей руки. Показалось, что я это ощутила. Я улыбнулась ей, и она ушла. Я повернулась к Сайласу.
Он вытащил тонкую свечку, маленький тупой нож, стеклянный инструмент в форме дудочки и хрустальный флакон с плоской металлической подставкой и расставил их перед собой. Он делал это так отточено и уверенно, что я злилась, что не могла сесть и все рассмотреть. И тут я осознала, что вижу настоящую алхимию. От начала и до конца. Не результат после погружения в сон, а, возможно, последнего зельеварщика, делающего Эликсир на моих глазах.