Несколько лет назад предшественник Симона на стену бара вместо опостылевших всем плакатов по чистке оружия повесил карту Чернобыльской зоны отчуждения. Бармен прижал ее стеклом и пристроил рядом полочку под губку и маркеры. Таким образом, сталкеры получили возможность отмечать локализованные аномалии или скопления мутантов либо стирать неактуальные опасности.
Вот и сейчас, сверяясь с картой, сталкер в серо-голубом комбинезоне «СПАС» делал пометки в КПК. Лоцман не знал его. В глаза бросились ботинки незнакомца. Натуральная кожа. Толстые швы вперемешку с цепочками и черепками. Подкованные подошвы. «Либо бывший рокер, либо убил рокера», – проскользнула мысль. Лоцман уже собрался спросить Зубра, кто это, как на лестничной клетке громыхнул выстрел, за которым последовала отчаянная ругань и пронзительное карканье. Через мгновение дверь в зал распахнулась, и в помещение ввалились Анкор с Кротом на плечах и Юсуф с «макаровым» на изготовку. Несколько ворон вились над ними в безумной вакханалии, истошно каркая и хлопая крыльями. Ходоки, все как один, вскочили на ноги.
– Анкор! – заорал Симон. – Что с внешней дверью, так тебя растак!
– Закрыть надо! – Шмыгая разбитым носом, охранник шагнул к барной стойке, оступился и упал. Крот придавил его сверху. Весь в крови и грязи, сталкер дернулся и застонал. Ругаясь на чем свет стоит, Анкор попытался сбросить с себя израненного бродягу и подняться на ноги. Пернатое сопровождение, роняя перья и собирая все углы и предметы, заметалось по помещению.
Бармен перепрыгнул через стойку и побежал вверх по лестнице к шлюзу. Хмурый рыдал. Сталкеры орали, махали руками, отгоняя беснующихся птиц. Освещение, повинуясь аномальной силе, стало совсем тусклым. Лоцман простоял всего секунду, прежде чем боль пронзила ногу и дошла до самого сердца. Он судорожно хватанул ртом воздух и свалился обратно на стул. Каждая секунда будто кувалдой била по сознанию. С каждым ударом веки чуть-чуть приоткрывались, словно диафрагма проектора, и мозг сталкера фиксировал действительность, точно кадры диафильма. Брошенный на пол пистолет. Юсуф стаскивает Крота с Анкора. Симон. Бледный, с выпученными глазами. Стоит в дверях. Юсуф привалил брата к барной стойке. Крот без сознания. Мутно-желтые лампочки. Зубр. Рот перекошен от крика. Кровавые разводы на полу. Симон уже за стойкой… Вороны, вороны, вороны…
Стрелки «Янтаря» остановились.
Лоцман вскинул руку, чтобы защитить глаза. Он чувствовал себя так, будто находится в воде. Жидкость препятствовала резким движениям. Прошла целая вечность, прежде чем он увидел рукав своей куртки. В следующее мгновение сталкер с удивлением осознал, что видит бар от уровня пола.
Безумие продолжалось. Энергия Шторма нарастала. Пульсация центра Зоны проникала всюду – в предметы, в атмосферу, в человеческие души.
Из своего положения Лоцман видел, как сжатая в кулак правая рука Крота продолжает бить по несуществующей двери. Ноги дергаются в конвульсиях. Левую половину лица покрывает темно-красная корка. Одна линза старомодных очков разбита. Толстый осколок еще держится в оправе. Другой – торчит из глазницы. Искореженная дужка свисает на резинке.
«Ему конец». – Лоцман принял открывшуюся истину спокойно.
Рука сталкера все била и била по двери. Онисим прислушался, надеясь услышать звук ударов.
Нет. Только воронье карканье и далекий плач.
– Лоц, эй! Ты че раскис? – пробасил Зубр.
Лоцман сфокусировал зрение на сидящем за столиком сталкере, потом нашарил рукой решетку «обезьянника». Ухватившись за нее, предпринял слабую попытку подняться. К вящему удивлению – получилось. Боль откатилась в глубины сознания и затаилась. Лоцман сел за стол и огляделся. Охота на ворон продолжалась. Вооруженные дубинкой и лопатой, Симон с Анкором пытались сбить непрошеных гостей. Юсуф хлопотал возле Крота, осматривая и промывая из фляжки раны. Остальные сталкеры с хмурыми лицами наблюдали за происходящим.
– Да уж, – открывая новую банку с пивом, произнес Зубр. – Умеет Зона шороху навести, нечего сказать.
Не успел он сделать глоток, как сбитая лопатой ворона рухнула в тарелку Лоцмана. Посуда полетела во все стороны. Птица рванулась обратно вверх, Анкор занес лопату для очередного удара, но Зубр молниеносным движением схватил ее за шею и с силой бросил на пол.
Когти заскребли по дереву, тушка дернулась и затихла.
– Ар-р-ргх! – прорычал Лоцман, в бессильной злобе отодвигая забрызганную кровью перловку. Исподлобья глядя на метнувшегося за следующей жертвой охранника, процедил: – Мало того что еда дерьмо, так еще и не пожрешь толком.