В этот момент его планы пошли прахом. Сняв сигнализацию с машины, он потянулся к двери — и тут же оказался обляпанным противной слюной английского мастифа. Наш добродушный сосед, владелец этого любвеобильного пса, известного своей страстью к облизыванию, вчера вечером доверил мне выгулять своего питомца. И, конечно же, я не упустила возможности «позаботиться» о небольшом запасе его слюны…
— Что это за хрень? — с отвращением протянул один из прихвостней Климова, морщась от вида слюней на его руке.
— Очень мелко, Блаженная, — процедил Климов, брезгливо вытирая руку салфеткой. Откуда только Полина успела раздобыть эту салфетку и подбежать к нему? Ну надо же!
— Мелко, да метко, — хмыкнула я, приближаясь к нему. — Но это далеко не всё, что я сделала, Климчатка.
— Если ты что-то сделала с моей машиной… — прорычал он, нависая надо мной. — Твою красивую шейку сверну этими руками. И перед этим ещё раз окуну в эту дрянь.
— Я так и подумала, что подобные сны тебе только снятся. Но, увы, это останется лишь в твоих фантазиях, — ответила я с усмешкой.
— Осмотрите машину! — рявкнул он своим прихвостням, а я с удовольствием наблюдала за их суетой.
— Антон, она ещё и колесо спустила! — воскликнул Матвей, указывая на заднее правое колесо.
Я не смогла сдержать смех, понимая, что всё сделала правильно.
— Я твоё колесо не трогала, Климчатка, но…
— Кроме тебя никто на такое не осмелился бы, Блаженная, — перебил он меня.
— Знаешь, когда один человек показывает главному гавнюку его место, за ним постепенно начинают повторять другие. Колесо тебе прокололи те, кого ты когда-то обидел. И да, — повысила я голос, чтобы все вокруг услышали. — Даю всем разрешение действовать от моего имени. Посмотрим, как Климов нас остановит. Арривидерчи!
Подмигнув разъярённому Антону, я поспешила к остановке. Колесо действительно не я проколола, но я сделала кое-что гораздо хуже. То, что заставит его понервничать куда сильнее, чем проколотое колесо. И эта маленькая месть только начало…
Глава 12
С утра я едва успела на пары — прибежала, когда большинство студентов уже были внутри, а на улице оставалось всего пара человек. Оглядевшись по сторонам и сделав вид, что не замечаю группку отличников, прячущихся за углом, я быстро вытащила банку со слюнями и щедро обмазала всю дверную ручку.
Конечно, была вероятность, что всё высохнет, но на всякий случай я бросила под машину Климова ещё несколько банок — в одной из них оставалась половина содержимого. После этого я поспешила на пару, стараясь не привлекать лишнего внимания.
Весь день Климов крутился возле меня. Он то и дело садился рядом, буравя меня своим пронзительным взглядом. А его привычка постоянно ронять ключи от машины сыграла мне на руку — украсть их оказалось проще простого.
На последней паре, сославшись на необходимость посетить туалет, я направилась к машине Климова. Банка со слюнями, которую я оставила, оказалась пустой — значит, кто-то уже успел добавить ему проблем. Похоже, мой призыв к действию нашёл отклик у других студентов, уставших от его выходок.
План продолжал работать, и это придавало мне уверенности. Климов ещё пожалеет, что связался со мной. Эта маленькая война только начиналась, и у меня было ещё много идей, как сделать его жизнь невыносимой.
Открыв пассажирскую дверь — к моему удивлению, ручка оказалась чистой — я достала вторую банку с чёрной краской. Недолго думая, вылила её содержимое на водительское сиденье. Краска воняла ужасно, но я решила оставить пустую банку на заднем сидении — пусть поломает голову, пытаясь понять, в чём дело.
Колесо точно не моя работа. Похоже, отличники, которых так любит задирать Климов со своими дружками, решили отомстить. Что ж, пусть будет так.
О том, как Климов отреагировал на мою «художественную» работу, я узнала позже — по дороге домой пришло видео с кратким описанием. Послание пришло с незнакомого номера.
После моего ухода Климов приказал своим прихвостням поменять колесо. Пылая от ярости, он сел за руль, завёл машину… и, почувствовав запах краски, выскочил наружу. Это было настоящее шоу! Его светлые джинсы и синяя куртка оказались щедро измазаны чёрной краской.
То, как он ругался сквозь зубы, поминая мою фамилию… О, это был настоящий рай! Пусть не думает, что можно безнаказанно обливать меня вонючей водой.
И вот так началась наша война.
Наши с Климовым противостояния превратились в настоящее соревнование. Каждый день он что-то подстраивал против меня, а на следующий день я отвечала ему тем же. Правда, вскоре мои победы стали особенно яркими — другие студенты, вдохновлённые моим примером, начали устраивать свои собственные «сюрпризы» для Климова от моего имени. Они так вошли во вкус, что я постепенно отошла от активных действий — за меня всё делали другие.