— Вы прекрасны... — пытаются они продолжить.
— Ой, да ладно. Я и сама вижу, как выгляжу. Так, всех рассмотрела, и ни один не нравится. Можете возвращаться к себе домой, жениха я сама себе найду.
— В таком виде даже бомжи на тебя не клюнут, Блаженная! — не унимается Антон.
— Климчатка, если принца не найду, заставлю тебя жениться на мне.
— Ахаха, видишь, Поль? Твоя подруга без ума от меня!
— Конечно, — ехидно отвечаю я. — На законных основаниях приятнее будет голову сносить.
— Ну так и скажи, что влюбилась...
— Ты не в моём вкусе, Климчатка. Не дотягиваешь до моего идеального уровня. IQ ниже плинтусов уборной на первом этаже.
— Блаженная! — вскакивает он, словно тигр, готовый к прыжку. — Ты уже долго играешь на моих нервах. Смотри, могу не выдержать и сломать эту шею.
— Точно так же, как и ты, Климчатка, — закидываю ногу на ногу. — И раз я тут принцесса, приказываю выпороть наглеца, посмевшего разговаривать со мной в таком тоне. Да ещё и открыто, перед моим народом угрожал!
— Браво! — восклицает преподавательница истории. — Это будет наша сказка. Своя. Собственная. Вредная принцесса и нахал-мальчик из низов, который нагрубил её высочеству. Любовную линию между героями я ещё продумаю, а пока кастинг закрыт. Главные герои — Баженова и Климов!
— Что?! — орем мы с Климовым в унисон, ошарашенные вердиктом Зинаиды Петровны.
— Да я ни за что с этой Блаженной в любовь играть не буду! — взрывается Антон.
— Будто я мечтала с таким придурком быть в паре! Ищите другую принцессу, я пас! — парирую я.
— Вот и отлично, любая другая станет принцессой, — хмыкает Климов.
— Нет! — властно стучит по столу ладошкой пожилая преподавательница. Она самая старшая в нашем универе. Ей давно пора на пенсию, а она всё никак не уходит. — Я сделала свой выбор, и он не подлежит изменениям. Завтра начинаются майские каникулы, а после них начнем репетиции.
— Бабуль! — подскакивает к ней Климов.
«Бабуль?! Что за новости? Его бабушка преподает у нас историю? Да эти Климовы весь универ захватили!» — проносится в моей голове.
— Мне с дедом поговорить? — щурится Зинаида Петровна.
— Нет! — рычит Антон и, бросив на меня убийственный взгляд, вылетает из актового зала.
— Зинаида Петровна, я с ним не буду… — пытаюсь возразить я.
— Баженова, мне рассказать вашему отцу о всех ваших проделках? — прищуривается она.
Милая на вид, но такая шантажистка! Молча покидаю сцену, пылая от ярости. Зачем я только делилась с этой «доброй бабулей» о своих страхах перед отцом? Не раз просила её прикрыть меня. Откуда же мне было знать, что она — бабушка Климова? Фамилия-то у неё совсем другая…
Глава 13
Вернувшись домой, я была настолько взвинчена, что даже мои братья, заметив моё состояние, решили не приставать с расспросами. Мама, мудрая женщина, молча приготовила мне чай с мятой и жестом велела выпить его, не говоря ни слова.
Но вечер стал ещё «приятнее», когда вернулся отец.
— Звонила Зинаида Петровна, — начал он строгим тоном. — Говорит, ты отказываешься участвовать в её спектакле. Это правда?
Я тяжело вздохнула, стараясь сдержать раздражение. Нельзя срываться на родителях, как бы ни было обидно.
— Пап, ну не моё это… — попыталась объяснить я.
— Она помогла тебе попасть в лучший университет, а тебе тяжело исполнить одну её просьбу? — его голос звучал непреклонно.
— Она помогла? — я не могла скрыть удивление.
— Именно! Только благодаря ей ты сейчас там учишься, — отрезал отец, глядя на меня с упрёком.
В голове не укладывалось. Все эти годы я считала Зинаиду Петровну просто милой преподавательницей, а она, оказывается, сыграла решающую роль в моём поступлении. И теперь я обязана участвовать в этом спектакле с Климовым, который, кажется, стал моим персональным кошмаром.
«Отлично, — подумала я, отставляя чашку с уже остывшим чаем. — Просто замечательно. Теперь я ещё и в долгу перед этой женщиной».
— Пап, я благодарна ей за университет, но участвовать в спектакле… Я не готова!
— Латифа, хватит! Мне надоели звонки из универа. Зинаида Петровна не раз спасала тебя от отчисления. Поэтому ты будешь делать то, что она скажет. И последнее предупреждение: если придёт ещё одна жалоба на твоё поведение, я даже не представляю, что будет. Я на грани, дочь.
— Я тебя поняла, пап, — кивнула я и ушла к себе в комнату.
Папа действительно был на грани. Придётся согласиться на этот проклятый спектакль! И всё из-за Климова! А ещё учёба… Почему преподаватели такие строгие? Они что, никогда не были студентами?