На обратном пути Ямагами сообщил, что пять эскадренных миноносцев противника стоят на якорях в бухте Макушинская (северное побережье о. Уналашка). Контр-адмирал Какута приказал атаковать эскадренные миноносцы. К атаке участвовали не только эскадрильи обоих авианосцев, но и гидросамолеты с тяжелых крейсеров «Такао» и «Мая». Всего к цели вылетело 24 самолета, но отвратительная погода заставила большинство из них повернуть назад.
Вскоре после их вылета погода испортилась настолько, что нельзя было различить даже соседние корабли. Самолеты, ушедшие на задание, не могли держать строй и возвращались небольшими группами, низко летя над самым морем. Из-за сильного холода моторы у большинства из них работали с перебоями. На кораблях затаив дыхание следили, как они один за другим садились на полетную палубу. Когда все самолеты закончили посадку, соединение адмирала Какута легло на прежний курс и продолжало продвигаться вперед, пока не оказалось примерно в 100 милях от вражеского побережья.
В это время четыре двухместных разведывательных гидросамолета «95» с «Такао» и «Мая» были перехвачены истребителями противника. Разгорелся жестокий бой. В результате два наших самолета были сбиты, а два других получили повреждения, но все-таки сумели добраться до своих кораблей. Однако в момент посадки оба самолета буквально развалились, едва коснувшись воды. Экипажи удалось спасти.
Так окончились боевые действия первого дня операций в северном районе. Теперь было ясно, что американцы имеют авиабазы или на самом о. Уналашка или где-то около него. Налет на Датч-Харбор не причинил противнику большого ущерба. Более того, он даже не достиг своей цели — отвлечь внимание противника, так как американцы уже знали, что главный удар будет нанесен по о. Мидуэй.
Далеко к югу подводные лодки, выделенные в завесы «А» и «В», 4 июня, на два дня позже, чем это предусматривалось планом, заняли, наконец, назначенные позиции. Днем они находились в подводном положении, а ночью всплывали, высматривая неприятельские силы, появления которых ожидали со стороны Пирл-Харбора. Но подводные лодки прибыли слишком поздно: корабли противника уже прошли линии завес и теперь находились далеко на западе.
2 июня в полдень соединение Нагумо, держа курс на юго-восток, со скоростью 24 узла направлялось к о. Мидуэй. В центре боевого порядка шли четыре авианосца, а линей ные корабли «Харуна» и «Кирисима», тяжелые крейсера «Тонэ» и «Тикума», легкий крейсер «Нагара» и 12 эскадренных миноносцев осуществляли ближнее и дальнее круговое охранение.
В 19.40 на «Тонэ» неожиданно подняли сигнал, извещавший о появлении десяти самолетов противника по пеленгу 260°. С «Акаги» немедленно поднялись три истребителя, чтобы перехватить самолеты противника. Однако никого обнаружить не удалось. Сигнал с «Тонэ» был, очевидно, ошибочным.
Соединение продолжало свой путь без каких-либо происшествий вплоть до 02.30 4 июня, когда один из сигнальщиков на «Акаги» доложил:
— На траверзе правого борта огни. По-видимому, самолет противника. Пеленг 70°. Идет над облаками. Приближается.
Все, кто находился в этот момент на мостике, устремили взгляд в указанном направлении, но никто ничего не заметил. Тем не менее капитан 1 ранга Аоки, бессменно находившийся на мостике с тех пор, как его корабль оставил берега Японии, немедленно приказал объявить общую боевую тревогу. Весь личный состав бросился к своим боевым постам. Среди разбросанных по небу облаков мерцали яркие звезды, и из-за качки казалось, что они движутся.
После полуминутного безрезультатного наблюдения и ожидания командир корабля окликнул сигнальщика и спросил, видит ли он огни самолета. Последовал ответ:
— Нет, командир, я потерял их.
Тогда Аоки посоветовал всем сигнальщикам учитывать качку: из-за нее звезды можно принять за движущиеся огни.
— Прежде чем докладывать, убедитесь, что вы не ошибаетесь, — приказал он.
На мостике вновь воцарилось молчание. Командир уже хотел дать отбой боевой тревоги, как вдруг тот же сигнальщик закричал:
— Вижу огни в том же направлении! Это не звезда!
Всем кораблям соединения был немедленно передан
приказ приготовиться к отражению воздушной атаки. Но тревога опять оказалась ложной.