В 07.58 с разведывательного самолета донесли, что противник лег на курс 80°, но классы кораблей опять не упоминались. Офицеры штаба сгорали от нетерпения, и в 08.00 на разведывательный самолет вновь отправили распоряжение немедленно доложить о составе оперативного соединения противника.
Наконец, в 08.09 пришел ответ: «Соединение противника состоит из пяти крейсеров и пяти эскадренных миноносцев».
— Я так и думал, — победоносно заявил Оно, — авианосцев у них нет.
Он передал радиограмму начальнику штаба. Мнение Кусака на этот счет было следующим: поскольку соединение противника не имеет авианосцев, им следует заняться позже, а сейчас необходимо покончить с авиацией, базирующейся на о. Мидуэй.
Однако облегчение, которое все почувствовали после получения последней радиограммы, было недолгим. В 08.20 поступило еще одно донесение: «Колонну замыкает корабль, похожий на авианосец».
Эта новость поразила всех. Но слова «похожий на авианосец» оставляли еще какую-то надежду. Ведь класс корабля точно не установлен. К тому же если в состав соединения противника входит авианосец, почему же авианосная авиация до сих пор не атаковала соединения Нагумо? Так рассуждали оптимисты.
В 08.30 с разведывательного самолета приняли новую радиограмму: «Вижу еще два корабля противника, очевидно, крейсера. Пеленг 8°, дистанция 250 миль от о. Мидуэй. Курс 150°, скорость 20 узлов».
Теперь, судя по численности соединения, адмирал Нагумо пришел к выводу, что оно должно включать по крайней мере один авианосец. Поэтому он решил, что целесообразнее сначала атаковать эти корабли, а потом уже нанести удар по о. Мидуэй. Однако начать атаку немедленно было очень трудно. Во-первых, к 07.45 у большей части бомбардировщиков-торпедоносцев с «Акаги» и «Кага» уже сменили торпеды на бомбы, и, во-вторых, вследствие непрерывных атак береговой авиации противника, все истребители сопровождения второй волны были подняты в воздух для усиления воздушного прикрытия соединения. В результате только 36 пикирующих бомбардировщиков с «Хирю» и «Сорю» были готовы атаковать корабли противника.
Адмиралу Нагумо предстояло сделать нелегкий выбор. Атака оперативного соединения противника пикирующими бомбардировщиками могла привести к большим потерям из-за отсутствия истребительного сопровождения. Возникал также вопрос, стоит ли использовать бомбардировщики- торпедоносцы, уже выстроенные на полетных палубах «Акаги» и «Кага», но имевшие не торпеды, а 800-килограммовые бомбы. Конечно, при удачных попаданиях эти бомбы могут причинить серьезные повреждения, хотя они и менее эффективны, чем торпеды, но торпедоносцы еще больше, чем пикирующие бомбардировщики, нуждаются в сопровождении истребителей. Чтобы атака была успешной, торпедоносцы должны точно выдерживать курс и высоту, но это делает их крайне уязвимыми, и без прикрытия они станут легкой добычей быстрых и маневренных истребителей противника.
Возвращение самолетов Томонага заставляло Нагумо торопиться с принятием окончательного решения. Некоторые самолеты имели значительные повреждения, а у истребителей был на исходе бензин, поэтому медлить с их приемом было нельзя. Следовало как можно скорее очистить палубы авианосцев для приема самолетов первой волны. Но как это сделать? Послать ли пикирующие бомбардировщики и торпедоносцы в атаку без истребительного прикрытия или убрать самолеты вниз и тем самым на некоторое время отложить атаку?
В это время командир 2-й дивизии авианосцев контр- адмирал Ямагути доложил адмиралу Нагумо свое мнение относительно последующих действий. Находясь на своем флагмане «Хирю», он внимательно следил за донесениями разведывательного самолета с «Тонэ», и нерешительность адмирала Нагумо в момент, когда необходимо было немедленно отдать приказ об атаке оперативного соединения противника, казалась ему крайне опасной. Поэтому через эскадренный миноносец «Новаки» он передал в адрес Нагумо следующий флажный сигнал: «Считаю целесообразным немедленно поднять в воздух ударную группу».
Однако адмирал Нагумо не решался послать ударную группу без истребительного прикрытия. Гибель американских бомбардировщиков, атаковавших его корабли полтора часа назад и не имевших сопровождения истребителей, служила ему наглядным примером. Самое разумное, думал Нагумо, сначала принять самолеты, возвратившиеся после налета на о. Мидуэй, и истребители второй волны, которые обеспечивали воздушное прикрытие, затем перестроиться, одновременно отходя к северу, чтобы избежать новых атак с воздуха и, наконец, когда все приготовления будут закончены, уничтожить оперативное соединение противника, бросив на него все силы.