Хотя поражение казалось неизбежным, мы по-прежнему должны были продолжать боевые действия, пока в нашем распоряжении оставалась пусть даже небольшая часть ударных сил. Контр-адмирал Абэ сразу же приказал контр-адмиралу Кимура, командующему 10-й эскадрой эскадренных миноносцев, обеспечить охранение трех поврежденных авианосцев силами шести эсминцев и одного легкого крейсера «Нагара». После того как адмирал Нагумо и его штаб перешли на «Нагара», крейсер стал флагманским кораблем соединения. Каждому авианосцу было придано по два эскадренных миноносца в качестве охранения, а также для спасения команды в случае, если какой-либо из кораблей придется оставить. Остальные силы соединения Нагумо продолжали движение на север.
Контр-адмирал Ямагути решил не теряя ни минуты атаковать американские авианосцы. В 10.40 ударная группа в составе 18 пикирующих бомбардировщиков и 6 истребителей сопровождения поднялась в воздух. Группу вел капитан-лейтенант Кобаяси, командир эскадрильи с авианосца «Хирю», участник всех боевых походов соединения Нагумо. Самолеты, набрав высоту 4000 метров, направились к оперативному соединению противника. На пути к цели они заметили американские самолеты, возвращавшиеся на свои авианосцы, и Кобаяси приказал пилотам незаметно следовать за ними. Но два истребителя вопреки приказу атаковали торпедоносцы противника и вступили с ними в бой. В прикрытии группы Кобаяси осталось лишь четыре самолета. Почти у самой цели бомбардировщики были перехвачены американскими истребителями. Завязался жестокий бой. Однако восемь самолетов сумели прорваться и вышли на цель. Два из них были сбиты зенитным огнем крейсеров и эскадренных миноносцев, но шесть остальных атаковали авианосец, добившись попада- иий, которые вызвали пожары и подняли огромные столбы густого черного дыма.
Во время атаки были сбиты 3 истребителя и 13 пикирующих бомбардировщиков, включая бомбардировщик Кобаяси. Возвратившиеся пилоты смогли сообщить лишь отрывочные сведения о проведенной атаке. Летчики утверждали, что было сбито не менее семи американских самолетов. Судя по их словам, было сброшено шесть бомб, но точное количество попаданий осталось неизвестным. Однако все единодушно сошлись на том, что американский авианосец потерял ход и окутался огромными клубами дыма. Адмирал Ямагути заключил, что авианосцу удалось причинить серьезные повреждения, так как, по его подсчетам, в него попали по меньшей мере две 250-килограммовые бомбы.
Ямагути не знал, что аварийным партиям на американском авианосце «Йорктаун» (это был именно он) удалось быстро справиться с пожаром и ликвидировать повреждения и что к 14.00 авианосец снова мог идти своим ходом со скоростью 18 узлов.
Когда были получены первые сведения о появлении американских авианосцев, адмирал Нагумо приказал выслать с «Сорю» новый скоростной разведывательный самолет с задачей установить контакт с противником и определить состав его сил. Самолет тотчас же вылетел, но от него не было получено ни одного радиодонесения. Возвратившись, пилот увидел, что авианосец поврежден и объят пламенем, и поэтому произвел посадку на палубу «Хирю». Явившись к адмиралу Ямагути, летчик объяснил:
— Я поспешил возвратиться, так как радио вышло из строя. В состав соединения противника входят три авианосца — «Энтерпрайз», «Хорнет» и «Йорктаун».
Это было потрясающее известие, хотя если судить по количеству самолетов противника, участвовавших в первом налете, уже раньше следовало прийти к выводу, что в состав американских сил входит не один авианосец. Теперь только «Хирю» противостоял трем первоклассным американским авианосцам, из которых лишь один был поврежден, причем далеко не настолько, как это мы себе представляли. К нашему удивлению, одним из авианосцев оказался «Йорктаун», который, по нашим подсчетам, был потоплен или по крайней мере сильно поврежден в сражении в Коралловом море.
Адмирал Ямагути решил вновь атаковать противника всеми оставшимися самолетами. Ведущим ударной группы, состоявшей из десяти торпедоносцев (один с «Акаги») и шести истребителей (два с «Кага») — это было все, чем располагал Ямагути — был назначен капитан-лейтенант Томонага. Левый бензобак на самолете Томонага, поврежденный во время налета на о. Мидуэй, все еще не был отремонтирован. И когда механик напомнил Томонага об этом, тот только улыбнулся и сказал: