Офицеры штаба адмирала Ямагути просили разрешения остаться вместе с ним, но адмирал наотрез отказал, и офицеры неохотно стали готовиться к переходу на стоявший рядом «Кадзагумо». Перед расставанием Ямагути и офицеры его штаба в молчании подняли прощальный тост. Бокалы пришлось наполнить водой из находившегося под рукой бочонка. Начальник штаба Ямагути капитан 2 ранга Ито спросил, нет ли у адмирала каких-либо поручений к нему. В ответ Ямагути снял свою фуражку и отдал ее Ито на память. Потом он попросил у
Рис. 20. Атака «Хирю», 4 июня 1942 года (модель)
Ито кусок парусины, которую тот держал в руках. Ямагути решил привязать себя к мостику, чтобы ничто не могло помешать ему погибнуть вместе с его кораблем.
Капитан 1 ранга Каку решил сам остаться на борту авианосца и умолял адмирала оставить корабль. Ямагути понимающе улыбнулся, но категорически отверг это предложение. Оба командира молча простились с подчиненными. Луна ярким серебряным светом заливала искалеченную палубу авианосца.
Команда «Хирю» уже начала перебираться на «Кадза- гумо». Командир группы эскадренных миноносцев капитан
1 ранга Абэ подошел к авианосцу, пытаясь убедить Ямагути и Каку оставить корабль. Но все было бесполезно. Когда последние матросы оставили корабль, адмирал Ямагути и капитан 1 ранга Каку поднялись на мостик и оттуда в последний раз попрощались с людьми, которые так долго служили под их командованием.
Когда эсминцы отошли от авианосца, Абэ приказал выполнить последнее приказание адмирала Ямагути — потопить корабль. В 05.10 раздались оглушительные взрывы. Торпеды «Кадзагумо» и «Югумо» попали в цель. Огромный авианосец начал тонуть. В 05.40 на «Ямато» получили сообщение Абэ о потоплении «Хирю». В донесении также указывалось место его гибели — 31°38' сев. широты и 178°51' зап. долготы. Однако через двадцать минут самолет с легкого авианосца «Хосё», посланный на восток с целью установить местонахождение соединения Нагумо, обнаружил «Хирю», который все еще находился на плаву. Пилот сообщил, что на борту авианосца видны люди. Было сделано несколько снимков горящего и покинутого командой корабля.
Ознакомившись с донесением, адмирал Ямамото передал его адмиралу Нагумо и приказал проверить, затонул ли корабль. В противном случае необходимо было сделать все возможное, чтобы спасти людей, замеченных на его борту. Но ни «Таникадзэ», ни разведывательный самолет с «Нагара», посланный ему в помощь, «Хирю» не нашли.
По американским данным, опубликованным после войны, «Хирю» оставался на воде примерно до 08.20. Люди, которых видели на палубе, спаслись просто чудом: торпеды, выпущенные эскадренными миноносцами Абэ, открыли им выход из машинного отделения. Когда авианосец затонул, людей смыло водой. Несколько позже их подобрал американский корабль. Последний бой «Хирю» стоил жизни 416 членам его команды и двум командирам, которые решили погибнуть вместе со своим кораблем.
Со смертью адмирала Ямагути японский военно-морской флот потерял одного из лучших офицеров. Ямагути считали наиболее подходящим преемником адмирала Ямамото на посту главнокомандующего Объединенным флотом. Его смелость и ум вызывали уважение у его начальников и веру у подчиненных. Каждый, кто знал адмирала Ямагути, глубоко скорбел о его гибели.
В 11.30 флаг адмирала Нагумо был перенесен на крейсер «Нагара». Несколько ранее разведывательный самолет с «Тикума» радировал: «Противник по пеленгу 70°, в 90 милях от нашего соединения. Время 11.10». Это донесение вызвало некоторое замешательство. Затем капитан 1 ранга Оиси обратился к адмиралу: «Противник находится намного ближе, чем мы предполагали. Если мы на полной скорости пойдем вперед, нам удастся вступить с ним в бой».
По нашим предположениям, у противника, кроме авианосцев, было семь крейсеров и пять эскадренных миноносцев. Если бы два наших быстроходных линейных корабля, два тяжелых крейсера и один легкий, а также двенадцать эскадренных миноносцев сумели навязать бой вражескому соединению, мы имели бы шансы уничтожить корабли противника орудийным огнем и торпедами. Правда, следует напомнить, что в момент получения радиограммы вместе с «Нагара» находились только пять эскадренных миноносцев: другие остались около трех поврежденных авианосцев и несколько шли на север вместе с линейными кораблями «Харуна» и «Кирисима», тяжелыми крейсерами «Тонэ» и «Тикума» и авианосцем «Хирю».
Адмирал Нагумо обдумывал предложение Оиси до 11.53 и затем решил принять его. Всем кораблям соединения был передан по радио короткий приказ: «Идем в атаку. Сбор!» Приказ был повторен в 11.56 и затем еще раз в 11.59. В последней радиограмме дополнительно указывался боевой порядок, который следовало принять на курсе 170°: впереди должна была идти 10-я эскадра эскадренных миноносцев, а за ней соответственно 8-я дивизия крейсеров и 2-й отряд 3-й дивизии линейных кораблей. «Нагара» тем временем лег на северо-восточный курс и со скоростью 24 узла направился на встречу с остальными кораблями соединения.