Гонолулу
(Экваториальный пейзаж)
На Гонолулу вечная весна,
Цветут лимоны, зреют ананасы,
И нежно плещется волна
О берега песчаного атласа.
На горизонте Тихий океан
Оберегает сон лазурного залива,
Чтоб весело росли и кактус, и банан,
И серебристо-смуглая олива.
Малайка с медно-бронзовым лицом
Бежит стремглав в бамбуковую рощу,
Где ждет ее, блестя в носу кольцом,
Любовник-негр — смешной и тощий.
Как на палитре — ярко и свежо, —
Лежат на рынке фрукты, зелень, рыба.
Метис-мальчишка пляшет под банжо,
А голый нищий спит, как каменная глыба.
У финиковой пальмы опахало
Глядится в синеву глубоких вод:
Там крючья рифа алого коралла,
Там рыба-дьявол жертву ждет.
А ночью в бархат неба вколоты
Сапфиры необъятных звезд,
И по воде струится золото,
Напоминая лисий хвост.
Всё это иногда мне снится,
Когда в февральскую метель
Ворвется перелетной птицей
Весны хрустальная капель.
«Не сидеть мне больше на опушке…»
Ал. Аким. Беспалову
Не сидеть мне больше на опушке
В скалах над водой,
Не спускаться к ласковой избушке
По тропе крутой.
С другом-лайкой не бродить вдоль просек
В лиственной пурге,
Без меня развешивает осень
Флаги по тайге.
Не сбивать кедровых спелых шишек,
Не палить костер.
Был любви и радости излишек,
А остался сор…
Желтый пух от лиственниц метется,
Запах пихты прян,
Неужели в памяти сотрется
Тот лесной дурман?
Опрокинуты и лес, и скалы
В ясной глубине, —
В мире нет прозрачней вод Байкала,
Разве что во сне?
Синевою неба осиянный,
Но суров и дик,
На вершине у Хамар-Дабана
Снежный воротник.
Красных лилий стройные бокалы
Видят этот снег…
В смертный час просторами Байкала
Улечу навек.
Сестре
В синем сумраке зимнего вечера
Я бродила по стежкам аллей,
Но любимую я не встретила,
Только вздохнула о ней.
За осиновым тыном пленница,
Как могу я тебя найти?
И однако, порою мне верится,
Что судьба нам проложит пути,
Что наступит желанная встреча,
И под липой в медвяной тени
Положу тебе руки на плечи
И услышу про тяжкие дни.
И счастливые, рука
об руку,
Мы пойдем в неизвестную даль,
Где сквозное лиловое облако
Растянуло над пашней вуаль.
Будет радостно, будет горестно, —
Снова вместе, но короток путь,
И нисколько не станет совестно
И поплакать, и тяжко вздохнуть.
А пока меж сугробов глубоких
Терпеливо хожу взад-вперед,
И солдат с темной вышки высокой
Зорким глазом меня стережет.
Быть может
Оделась колючая проволока
Ватными хлопьями инея;
Меж нею и тыном, как облаком,
Покрылась запретная линия.