Разговор со звездами
Мир не так просторен и прост,
как казалось еще вчера,
но спокойствию учусь у звезд
в одинокие вечера.
За барачным низким окном
тени синие пролились.
Я весь двор прошагаю кругом
и смотрю в огромную высь.
Чуть морозит, и звезды смелей
начинают со мной разговор.
Жизнь моя… Что сказать о ней?
Подымать ли старинный спор?
Вот в колодце с водой ледяной
отразилась внезапно звезда.
Так бывает теперь со мной,
так надежда мелькнет иногда.
Приглушен здесь голос и взгляд.
И в самой тишине —
непокой,
часовые на вышках стоят
над бессильной нашей тоской.
И огромный серый паук
ткет узор обреченных лет..
Или жизнь — заколдованный круг,
из которого выхода нет?
Даже зверь в неволе суров,
о квадраты решетки стальной
раздирает раны —
и кровь
отмечает след круговой.
Даже пес — он к цепи привык —
часто воет ночь напролет…
Как сдержать
беспрестанный крик,
мне изрезавший сжатый рот?
Как поверить,
что надо так,
чтобы честных, простых людей
угоняли в холод и мрак
казематов и лагерей?
Как уйти хоть на миг, на час,
если мы остаемся людьми,
от бездомных загнанных глаз
матерей, разлученных с детьми?
Нам дается жизнь только раз,
вспышка краткая считанных лет.
Разве можно из жизни украсть
честь и правду, тепло и свет?
Кто решит неотступный вопрос,
кто ответит: зачем? За что?
Что же сделалось, что стряслось
с нашей Родиной, с нашей мечтой?
Угасает созвездий игра,
звонче шаг по мерзлой земле.
Одинокие вечера, вечера
в затерянной мгле.
Рослый парень
Рослый парень, добрый парень,
Ты с ружьем наперевес
Тихих женщин строишь в пары
На корчевку в дальний лес.
Истомленных и одетых
Неприглядно, кое-как,
В неуклюжих жар-жакетах,
В деревянных башмаках.
По бокам, как ассистенты,
Две овчарки начеку,
Тропок траурные ленты
На нетронутом снегу.
Вязнут ноги, наст некрепок,
И в глазах от снега боль,
Но кричит стрелок свирепо:
«Поворачивайся, что ль!»
Снег и ветер в поле чистом,
И идут, ровняя строй,
Жены русских коммунистов,
Как, бывало, шли на бой.
Парень русый, парень рослый!
Лица женщин, окрик свой
Ты, наверно, вспомнишь после,
Покачаешь головой.
Но ведь служба, долг солдата,
Все втолковано ему:
Если взяты —
виноваты,
Сталин знает, что к чему.
Кто ж из них, зачем ночами,
Мирным снам наперекор,
Материнскими очами
Смотрит на тебя в упор?
Николай Заболоцкий
Николай Алексеевич Заболоцкий (1903–1958). Поэт. Арестован в 1938 году. До 1944 года находился в заключении в БАМлаге, Алтайлаге, затем до 1946 года был в ссылке в Караганде.
Лесное озеро
Опять мне блеснула, окована сном,
Хрустальная чаша во мраке лесном.
Сквозь битвы деревьев и волчьи сраженья,
Где пьют насекомые сок из растенья,
Где буйствуют стебли и стонут цветы,
Где хищная тварями правит природа,
Пробрался к тебе я и замер у входа,
Раздвинув руками сухие кусты.
В венце из кувшинок, в уборе осок,
В сухом ожерелье растительных дудок
Лежал целомудренной влаги кусок,
Убежище рыб и пристанище уток.
Но странно, как тихо и важно кругом!
Откуда в трущобах такое величье?
Зачем не беснуется полчище птичье,
Но спит, убаюкано сладостным сном?
Один лишь кулик на судьбу негодует
И в дудку растенья бессмысленно дует.