-Нет, спасибо, ничего не нужно.
-Тогда приятного отдыха, - и как никогда низко поклонившись, хозяйка скрывается за дверью.
Мы остаёмся одни.
1-2
В тишине комнаты все наученное вылетает из головы и рассеивается в душном воздухе. Что мне делать, с чего начать: подать ему вина? предложить массаж? раздеться и стать на колени? что?..
-Ты здесь живешь? - бегло осмотревшись, оборачивается ко мне мужчина.
-А?.. - дура, дура, какая же дура, нас же учили не переспрашивать...
-Это твоя комната? - ни намека на раздражение не звучит в его голосе, и почему-то от этого только страшнее.
-Нет, господин. У меня нет своей комнаты.
Он слегка хмурится.
-Где же ты тогда спишь?
-Внизу, с другими девушками. У нас общая спальня.
-Понятно...
Он подходит к окну - холодным глазом луны смотрит в него весенняя ночь, и в смешанном свете мужское лицо выглядит нарисованным. Наконец-то мне удается разглядеть его как следует - чуть растрепанные русые кудри, круглое лицо со светлыми глазами. Про такие лица говорят - "располагает к себе". Его легко представить улыбающимся и практически невозможно - в гневе. Такие, как правило, очень страшны в своей ярости... и с него начнется моя работа?..
-Может, хочешь перекусить? Тут столько всего...
От паники собственное горло кажется уже деревянным. Чего он тянет? Чего ждет?
-Я не голодна, господин.
Мужчина скептически оглядывает меня с ног до головы, переводит взгляд на фрукты в вазе - сколько же они стоили хозяйке, ума не приложу - а затем начинает раздеваться. Скинув куртку и сапоги, он с едва слышным вздохом вытягивается на кровати, а у меня голову ведёт уже так, что кажется - сейчас упаду.
-Мне... мне приступать, господин?
Мужчина приоткрывает глаза и смотрит чуть насмешливо.
-А ты хочешь? Ответь, только честно.
Он что, издевается? Купил девственницу за баснословные деньги, а теперь требует от нее честного ответа?
-Это… это моя работа, господин. Вы за нее заплатили, - выдавливаю из себя чуть слышно. - Если не вы, то кто-то другой это сделает.
-То есть, если мы просто поспим вместе...
-То завтра меня снова выставят на торги. И ваш прекрасный рубин будет потрачен впустую.
А еще меня накажут - что не справилась с первым клиентом.
Он садится на постели, взгляд его неуловимо меняется, а черты лица становятся словно острее.
-Ну что ж... Тогда иди ко мне.
Вязнут ноги в полу, протянутая рука кажется звериной пастью. Когда наши пальцы соприкасаются, тело сотрясает крупной дрожью, сразу все полностью, с ног до головы. Он тянет меня к себе на колени, обхватывают тело со всех сторон теплые руки - и запах, свежий, словно утро после дождя, от него чудовищный узел в груди чуть ослабевает, замороженные внутренности начинают оттаивать... хорошо... как же хорошо от него пахнет... и кожа у него сухая, теплая...
-Будет неприятно.
-Знаю.
Он трётся носом о мои волосы и глубоко вдыхает, руки сжимая крепче.
-Меня зовут Аран.
-Очень приятно, господин Аран.
Он фыркает мне в макушку, ладони легко скользят по спине. Ткань хорошо пропускает тепло, тело поглощает его как сухая губка - воду.
-Ты вся словно камушек со дна озера...
-Прошу прощения.
-Не извиняйся. Я понимаю.
Он все гладит и гладит меня по спине, пока другая рука перебирает волосы, пропуская их между пальцев. Их не касались ножницы с того дня, как я очутилась здесь, но уже завтра утром меня постригут покороче. Когда мужчина едва ощутимо заправляет их за ухо, его теплая ладонь не опускается - она накрывает скулу, прижимается к ней, оглаживает кончиками пальцев. Скользящим и плавным, но неумолимым движением он опускается к шее и большим пальцем накрывает ямку под горлом.
-О чем думаешь? - тихий шепот, как шелест бумаги. Ему отчего-то невозможно солгать.
-...О смерти.
-О смерти? Тебе не кажется, что это несколько... не соответствует ситуации?