-Не хочешь зайти ко мне? Чаю бы выпили…
Я смотрю на её протянутую руку и думаю, что понимать природу этого чувства совершенно не обязательно.
4-8
-Ты не сердишься на меня?
В ответ на мой вопросительный взгляд Юллан чуть виновато улыбается, заправляя волосы за уши.
-Я ведь тоже, как и они… но ничего не сказала. Моей части внутри тебя нет, но есть след…
-След?
-Ага. Когда происходит замыкание, от сближения сути существ на них остаются следы. Знающие могут их разглядеть.
-А Мейлс знающая?
-Что? А, так это она тебе сказала? Да, она хорошо видит такие вещи.
Юллан откидывается на спинку своей качалки; укутанная в плед, с кружкой чая и румянцем на щеках, вся она - средоточие уюта и безмятежности. Мне хочется смотреть на неё бесконечно - как она щурится, отпивая из кружки, как поправляет плед, украдкой оглаживая незаметный еще живот, как отбрасывает пряди волос, кучеряво подскакивающие у локтей. Одно ее присутствие и дыхание способно заменить печку, что жарко гудит, разгораясь. Вечереет, становится все холоднее, бездонный колодец неба сплошь усеян оскольчатым серебром.
-Но я рада, - произносит девушка негромко и мягко, покачивая кружку в ладонях, - что ты не испугалась и не решила нас покинуть.
-Да ну, что ты такое говоришь…
-Я серьезно, - глаза ее не дают в этом усомниться. - У людей такие союзы не приняты, мы это знаем. У них не принято, чтобы двое мужчин любили одну женщину и наоборот, чтобы женщина любила женщину… у людей все очень строго с этим. Мы боялись, что ты не захочешь остаться, когда узнаешь, что стала невестой…
Статус невесты - последнее, что меня беспокоит теперь. Как я могу их покинуть, когда сама мысль снова остаться одной превращает внутренности в студень? Украдкой взглянув на Юллан, я сжимаю пальцы крепче, вся сжимаюсь крепче - чтобы слова не рассыпались из горла.
-Скажи, а мне правда… можно?
-В смысле?
-Можно, чтобы меня… любили?
Юллан очень долго и внимательно смотрит, а потом медленно произносит:
-А почему ты думаешь, что нельзя?
-Ну… как сказать-то… - выдерживать пыткий, пронзающий, все понимающий взгляд девушки напротив практически невыносимо. Щеки заливает краснотой, жарко покалывает шею. - Ты ведь понимаешь. Зачем спрашивать?..
-Я-то понимаю. Мы давно заметили, что ты слишком сильно стараешься, и это нас беспокоит.
-Да чего тут беспокоиться… - бубню себе под нос со стыдом. Хотела как лучше, а вышло как всегда. - Нашли повод… я просто… ну… старалась быть благодарной… не быть нахлебницей, это же естественно.
Юллан молча на меня смотрит, а внутри стучит все сильнее.
- Скажи, Лест, - голос её звучит глубоко, практически за гранью, еще чуть-чуть - и он будет в моей голове. - Чего ты так сильно боишься?
-Что?..
Чего я так боюсь?.. а я что - боюсь?.. Женщина напротив меня не шевелится и не говорит, и у меня потеют ладони, и жар - во всем теле.
Я и правда очень боюсь - до смерти.
-Что… что буду вам не нужна… не угодна… - слова вырываются и падают в тишину, словно камни в темную воду. - Не буду… полезной.
-И что тогда? Если ты станешь бесполезной, что тогда?
-Вы… вы больше не будете ко мне добры… и… и я перестану вам нравится… вы будете злиться на меня и прогоните из дома, я останусь одна в этом лесу, замерзну и…
- И умрешь?
-...и умру.
-Ты сама себя сейчас слышишь?
Я поднимаю на нее глаза - почему-то фигура девушки расплывается. Тянусь потереть, ладони становятся мокрыми, но Юллан я вижу ясно. От мягкости и расслабленности в ней не осталось и следа, делая до невозможного похожей на Кьелла.
-Если бы такое сказала я, что бы ты мне ответила?
-Что ты дура. Ой! Я не… не имела в виду…
-Ты все правильно сказала. А теперь подумай - чем я лучше тебя?
-Да всем… всем ты лучше… я же… ты ведь знаешь, чем я занималась и откуда пришла…
-Если бы это была я, ты бы тоже так сказала?
Голова у меня гудит, перед глазами плывет. Если бы… если бы это была Юллан… перестала бы я любить её?.. перестали бы её любить Бьорн и Кьелл?