-Конечно. Я буду очень рад.
Засыпается с Бьорном совсем не так, как с его братом. Если Кьелл словно окутывает своим присутствием, то Бьорн погружает в него - мягко, но очень быстро, словно утягивая на дно воронки. В темнеющем сознании вяло вспыхивает мысль - а будут ли кошмары сегодня? - а потом и ее поглощает тишина.
… Кошмары не приходят. Словно проглоченная теплом, я сплю практически до самого утра, чтобы с ясной, но чуть звенящей головой из него выбраться, когда чуть скрипнет дверь в комнату. На пороге - мерцающий силуэт, медленно проступающий из полумрака сверкающими мазками золотых линий.
Кьелл вернулся.
Ступая беззвучно, он подходит к постели, и ритм дыхания Бьорна меняется. Он тоже проснулся.
-... так получилось, - отвечает он на вопрос, явно заданный ему мысленно.
Кьелл ничего не говорит, лишь переводит на меня взгляд. Я скорее угадываю, чем понимаю, что его тревожит.
-Я не испугалась. Правда. Ты тоже можешь… свою показать.
-... не сегодня, - тихо отвечает он. - Могу я с вами?..
-Конечно.
Бьорн молча отодвигается к стенке, отползаю и я вслед за ним. Объятая теперь с двух сторон теплом, я тону в смешении запахов снега, дерева и хвои. Перебитый сон не спешит возвращаться, особенно когда со спины меня обхватывают жадные руки и волосы ерошит прерывистое дыхание.
-Это уже слишком, Кьелл.
-Разве?
-О чем вы?
-Так… о своем…
Я приподнимаюсь, но Бьорн опускает мне на голову тяжелую ладонь, и ничего не остается, как прижаться щекой к его груди.
-Поспи, еще очень рано.
-А…
-Спи, - врывается шепот Кьелла. - В такой холод нужно много спать…
-Я же не медведь… - бурчу в ответ, а он почему-то смеется, даже в груди у Бьорна клокочет. - Что такое?
-Вспомнил, как ты меня тогда испугалась, - шепчет Кьелл, сжимая руки на моем животе крепче. - Чем я вообще думал… приходить медведем к городской девочке…
-Постой… это что тогда…
-Ага.
-Поверить не могу… я очень испугалась!
-Знаю, и прошу за это прощения.
Мне очень хочется на него разозлиться - ведь я тогда и правда очень испугалась - но почему-то не получается. Особенно когда чувствую мягкое касание губ, когда чувствую, как он потирается кончиком носа о волосы у меня на затылке.
-Теперь ведь не испугаешься?
Ни за что не испугаюсь - в какой бы форме ты не пришел.
Тепло… тепло это нарастает, разливается по телу, принимая его форму. Вся я состою из этого тепла и его тяжести, и мне совсем не хочется шевелиться. Мне хочется остановить движение солнца по небу, чтобы навсегда остаться в этом моменте…
...чтобы никто и никогда у меня его не отнял.
5-1
-Ты опять?..
-Ну прости…
Кьелл выхватывает у меня из рук ведро со снегом - очень кстати, руки эти я уже практически не чувствую.
-Я же говорил, - продолжает он ворчать, пока мы поднимаемся вверх по склону. - Не таскай тяжести, я на что?
-В следующий раз обязательно.
Облачка пара жемчужной белизной оседают на ресницах и волосах, делая его похожим на сказочное существо. Он ни единому слову моему не верит и, надо признать, небезосновательно.
Все тело от холода уже онемело - в доме я спешу разуться и прижаться к теплому печному боку. Ударивший после оттепели мороз практически все поселение застал врасплох; внезапным и таким сильным холодам удивились даже старики. Мужчины отчего-то стали чаще пропадать в лесу, хотя раньше они в холод далеко и надолго не уходили. На мои осторожные расспросы отвечали уклончиво, даже Бьорн уходил от прямого ответа.
Вот и сейчас дома только Кьелл - в закатанной до локтей рубашке, он что-то насвистывает, подбрасывая в печь сухие веточки из связки - хорошо, что успели до морозов ими запастись. Бездумно наблюдая за его движениями, я не сразу понимаю, что в печном тепле больше не нуждаюсь. Подняв на меня глаза, мужчина улыбается чуть насмешливо.
-Дразнишь меня?
-Я?
-А кто? Здесь есть кто-то еще?
-... ничего я не дразню.
-Ммм? А что ты делаешь?
- Ничего… ты сам дразнишься… и смотришь еще так… - откликаюсь и практически мгновенно начинаю сожалеть о сказанном, потому что Кьелл щурится, откладывает связку и весь словно становится темнее и больше.