Мейлс? Да, точно она, не узнать её трудно. Наверное, приходила Юллан навестить… За её спиной еще один силуэт, и туман вокруг меня вскипает, когда я понимаю - силуэт мужской. Кто-то черноволосый, неужели Рикан? Он вернулся? Может, он что-то расскажет, хоть какие-то новости… Я успеваю сделать несколько шагов им навстречу, когда внезапно Мейлс падает на колени, и пронзительный крик раскалывает сомкнувшуюся над нами тишину, как точный удар - стеклянную сферу. Колени у меня делаются ватными, в животе и горле стремительно разбухает ком. Подходить и спрашивать что-то больше не нужно.
То, что он рассказал… и так уже очевидно.
...
-Мор… отец Кары… и еще двое, с другого поселения…
Брик прижимает к себе Юллан, но та как будто не слышит его голос - молча цепляется за него, словно тонет. Я тянусь взять её за руку, и на миг в опустевших от ужаса глазах мелькает знакомое тепло. Она чуть сжимает мою ладонь в ответ, и мне дурно от слабости в этой руке.
-Нашей группой руководит Бьорн, и мы пока держимся без потерь. Но у нас участок хороший, в горку…
-А… а когда они вернутся?..
Печаль в глазах у Брика делает мой вопрос невыносимо глупым - просто до нелепости.
-Прости, Лестея. Пока не спадут морозы… а когда это будет, одним богам известно.
-Будь они прокляты… - шепчет Юллан на грани слышимого. Кого она проклинает - людей или богов?
Я подтягиваю колени к груди - в ней темно, холодно и пусто, как в заброшенном доме. Чувство привычное настолько, что возвратиться к нему оказалось легко и естественно. Я привыкла терять. Я привыкла отдавать. Я привыкла…
-Бедная Мейлс… Они ведь уже давно были вместе…
... К боли нельзя до конца привыкнуть. К страху нельзя привыкнуть. Можно выломать и прогнуть себя изнутри, чтобы меньше его чувствовать. Но рано или поздно этот прогиб обернется болью куда более чудовищной, чем ты предпочел игнорировать…
-Нужно будет… провести прощальный ритуал… потом, когда все закончится…
-Обязательно проведем. Ты только береги себя, умоляю… береги себя и нашего малыша…
Они обнимаются так крепко, так крепко сжимают руки, словно пытаются кости срастить сквозь кожу. Я смотрю на их лица, такие разные, но неуловимо похожие в этот миг, и пустота у меня внутри пульсирует болезненно и жадно. Не хочу больше терять. Не хочу больше никому ничего отдавать.
Брик снова уходит - он вырвался буквально на полдня, проведать нас. Юллан скручивается в дрожащий и пульсирующий комок, могла бы - уже полетела бы следом, но из-за беременности она не может меняться, и это убивает её. Сильная и смелая, она вынуждена сидеть и ждать, пока все, кого она любит, шагают по краю, рискуя в любой момент оказаться по ту сторону света. Я понимаю её лучше, чем мне бы хотелось.
Звенящая тишина снова смыкается над нашими головами - я никогда не думала, что можно так её ненавидеть.
...
-Ты справишься без меня? Нужно пойти к Мейлс… ей нельзя сейчас оставаться одной.
Юллан смотрит виновато, и я тороплюсь стереть это выражение с её лица.
-Конечно справлюсь. Может, мне тоже стоит пойти?..
-Лучше не надо… ей будет труднее горевать, когда рядом… ммм…
Кто-то посторонний, да?
- Тогда я буду дома. У нас дома. Ну, мало ли…
-Да, хорошо. Я тогда сама к тебе зайду.
Юллан уходит в ночь и уносит за собой остатки тепла и света, что еще согревали меня - и я впервые за все это время остаюсь по-настоящему одна. Чувство это опускается на меня не сразу - постепенно прибывает, словно вода в половодье, оно медленно затягивает, сдавливает грудь, голову… дышать становится так трудно, как будто и в самом деле вокруг меня - вода; она заливает пол и стены, пропитывает их насквозь, и кажется тронь - разлезется под пальцами.
В нашем доме еще холоднее и еще темнее. Я забираюсь в постель Бьорна - идти на второй этаж нет ни силы, ни храбрости. Невесомо окутавший запах окрашивает пустоту и мрак внутри тоской и болью, и тоска эта бродит по телу, что изнутри обернулось сплошным синяком и ссадиной. Не хочу... не хочу терять... хочу, чтобы они всегда были рядом... всегда были со мной...
Но со мной остается только темнота.