5-4
Чернота разъедает глаза и веки, заливая их смолистой густотой. В черноте этой нет ничего, за что зацепиться - я погружаюсь в нее все глубже и глубже. Из нее растут тени и тени теней, поднимаясь из глубины опустевшего и залитого мраком абсолютного ничто. Тени эти окружают меня, в них мелькают лица - десятки лиц.
И я узнаю все до единого.
-Думала, сбежишь от меня?
Голос, который я узнаю даже мертвой. Его лица я не вижу - только чувствую касание холодных пальцев к шее.
-Думала, спрячешься?
Мертвые лица - совсем, окончательно, полностью мертвые. Они лежат рядом на погребальном костре, мертвые, мертвые…
-Сколько не беги и не прячься - я всегда тебя отыщу.
Пылает зарево костра - все выше и выше. Пылают собственные руки, которые я подношу к лицу. Обернуться - и на месте старика с паучьими пальцами увидеть себя - с красной помадой и подвеской на шее.
-Я всегда буду здесь.
...
-Тише, тише, это сон, просто сон…
Звенит в ушах визгливое эхо, тяжело и неохотно разжимаются тиски дурного сна. Я жадно поглощаю холодный воздух - от него сводит горло. Чувствительность и ясность возвращаются толчками, и когда они возвращаются, я нахожу себя на руках у мужчины. Секундная заминка - и узнавание теплом затапливает внутренности.
-Кьелл?..
-Да, да… я…
Не веря, щупаю лицо его в полумраке комнаты, “щупаю” его присутствие - он, в самом деле он!.. перекрученная изнутри чудовищным сплетением тоски и радости, я обхватываю его за шею, прижимаюсь всем телом, прижимаюсь плотнее, еще плотнее и ближе. Руки его всей поверхностью ладоней и предплечий вжимаются в спину, лицо он прячет у моей шеи и лихорадочно целует, поднимаясь выше - у рта на миг замирает, и я первая подаюсь навстречу. Жадно и голодно покрывает он мои губы, и остатки стылости растворяются в теле.
- Как ты… - шепотом, когда он наконец отстраняется. - Надолго?.. А Бьорн?
-До утра… буквально на пару часов… - прерывисто отвечает он практически мне в рот, до предела сокращая расстояние между нашими губами. - Он завтра… попробует вырваться…
Он снова несдержанно целует, спускается вниз, зубами зажимая кожу у основания шеи и по всему телу запуская дрожь. Дрожь эта пробирается в каждый уголок и всю меня захватывает, я цепляюсь за мужские плечи, цепляюсь за него взглядом, пока собственное дыхание не входит с ним в один ритм. Ближе… мне нужно быть с ним… еще ближе…
Забраться ему на колени и обхватить бедрами, плотно прижаться дрожащим животом - и ощутить между ног его твердость. Темнота перед глазами искрится и пенится дыханием, пенится стонами - моими, его, нашими… Обрывки поцелуев и мазки языком по груди, ладони продавливают поясницу, судорожно сжимаются на бедрах и приподнимают, чтобы одним движением снова сомкнуть тела - полностью, до конца. Полыхает внизу живота, полыхает в груди, расцветая странным, ни на что не похожим чувством. Не так… не так, как раньше… золотистые линии по мужскому телу стекаются к груди, завихряясь спиралью, кожа его на ощупь чуть вязкая… Я ищу глаза его - и нахожу темные провалы и мириады многоцветных огней. Это тот… тот самый облик…
… и в нем можно заниматься любовью.
Внутри пульсирует, обволакивая внутренности теплом и покалыванием, наполняя и мягко растягивая. Упираясь коленями, я успеваю сделать всего пару движений, прежде чем он опускается на постель спиной, чуть приподнимает мои бедра - и начинает двигаться сам. Медленно, очень медленно, поглощая и впитывая мои стоны, иначе отчего я их не слышу?.. отчего все кругом утратило звучание? Осталась лишь пульсация внутри, что нарастает шумом и грохотом, гудит в ушах, закручивает, натягивается внутри, вот-вот треснет, вот-вот лопнет… ладони на пояснице и между лопатками, они все сильнее давят, словно он и в самом деле хочет меня поглотить, да мы и так уже - одно целое. Он погружается в меня, а я - в него, сразу всем телом, и все оно охвачено теплом, и весь мир в этот миг растворяется, исчезает…
-Посмотри… посмотри, на меня…
Что? Посмотреть?.. Я приподнимаюсь на дрожащих локтях и снова тону - только теперь уже безвозвратно.
-Я хочу… стать частью тебя… можно?..
Ладонью по его лицу, он ловит кончики пальцев губами. Зачем спрашивать… когда ты и так уже - часть меня?
Кивок - и практически рухнуть обратно, когда он с хриплым выдохом делает новый толчок, резче и грубее предыдущих, становясь туже и тверже с каждым новым движением. У меня вскипает воздух на губах и сводит судорогой внизу живота, а он все быстрее и быстрее двигается, да куда еще быстрее, я не могу, не могу, я сейчас…