— А я просто не пожимаю кому попало руки, — отозвался Майкл.
— К слову, о неожиданности, — сказала Мия, взглянув на меня. — Я тоже не ожидала, что мы будем здесь не одни.
Э… что? Какая вообще разница, одни мы будем или нет, — как по мне, она бы от лишних глаз только выиграла: Майкл был бы всему свидетелем.
— Ты сказала, что хочешь помочь мне с расследованием… — заговорил я, пытаясь разогнать повисшую в прихожей тишину. — Честно говоря, я его уже прикрыл… но, если тебе есть что рассказать, я с радостью выслушаю!.. Пойдём в гостиную, что ли…
Я пошёл к гостиной, рассчитывая, что Мия последует за мной, но она не сдвинулась с места и громко ответила:
— Нет. Я пойду домой.
Я непонимающе уставился на Мию, хотел её остановить, но Майкл схватил меня за плечо.
— В этом доме лишние уши, — продолжала Мия, открывая входную дверь.
— Майкл может уйти, если нужно! — кричал я в след Мие. Она уже спустилась с крыльца и подходила к калитке. — Или мы можем пойти в другое место!
— Нет. Я расхотела тебе что-либо рассказывать, — твёрдо ответила она, даже не посмотрев в мою сторону. — Прощай.
Она быстро посеменила прочь, прижимая лямку сумки поближе к груди, а я стоял на крыльце, смотрел ей в след и не понимал, что это, блять, такое было.
На самом деле я был бы очень рад забыть обо всём, что со мной происходило, и жить, как и раньше, — моя жизнь только начала налаживаться, я успокоился и больше не думал обо всех этих монстрах авариях и трагедиях, которые пережил… Но нет! После недавней встречи с Мией всё пошло не по плану: на меня начали сваливаться события, причём одно другого хлеще.
Например, письмо. Обычное бумажное письмо, даже в конверте, с посланием на моё имя — я нашёл его на крыльце дома, когда ходил выбрасывать мусор. Что сделает среднестатистический человек, получи он такое письмо? Наверняка, покрутит в руках, удивится, почему оно здесь лежит и почему — к слову говоря, конверт чёрный, — непонимающе оглянется по сторонам, потрясёт конверт, слушая, лежит ли в нём что, аккуратно вскроет. Я всё так же сделал. Внутри лежал небольшой лист, с напечатанным на нём посланием.
Какой-то адрес. Приходи один, иначе твоей подружке конец.
Это бред. Полный бред, потому что у меня не было никакой «подружки», и я совершенно точно не собирался идти по какому-то непонятному адресу. Я забрал это письмо домой, ещё немного озадаченно повертев в руках, решил, что этот бред мне явно не нужен, и выкинул его в урну на кухне, заодно убедившись, что Майкл уже готов выходить на улицу.
— Не хочешь со мной телик посмотреть? — мимоходом спросил я, незаметно косясь в сторону Майкла: он домывал посуду после обеда. — Скоро фильм начнётся, говорят, неплохой.
— Нет, я сейчас пойду в магазин, — пробубнил Майкл, не отвлекаясь от дела. Брал намыленную тарелку, промывал под водой, протирал полотенцем, ставил на полку. Брал, промывал, протирал и ставил. И так каждый раз.
— Ты же уже вчера ходил.
— Я на ужин хочу сделать пиццу, а для неё мне кое-чего не хватает.
— Забавный ты, — хмыкнув, ответил я. — Проще же заказать.
— А я заказным не доверяю, — отозвался Майкл.
Он закрыл кран и вытер руки от воды, а я, пожелав ему удачи, пошёл в гостиную, лёг на диван и включил телевизор. Там опять крутили какую-то бестолковую рекламу. Я не обращал внимания, что говорит улыбчивая мамаша о детском готовом завтраке, который «самый лучший выбор для ваших детей» и рекомендован всеми докторами страны, — и так уже весь её текст наизусть знал, — а вслушивался в звуки на кухне. И, конечно же, ничего не слышал. Как обычно.
Всё это очень странно.
Недавно я заметил, что Майкл начал часто куда-то уходить, не предупреждая меня об этом. Не то чтобы я лез в его дела — вовсе нет, пусть делает, что хочет, — мне просто было интересно, где он начал пропадать. И почему. Потому что уходить он так стал именно после знакомства с Мией. До этого он мог часами сидеть дома, читать какую-нибудь книжку, смотреть со мной телик или что-то готовить, но сейчас он словно каждый раз искал повод выйти на улицу и пропадал чуть ли ни на целый день. К чему такие резкие перемены?
Чем больше я невольно думал об этом, тем страннее всё казалось. Почему Майкл начал странно себя вести? Почему он с Мией так враждебно таращились друг на друга, когда впервые встретились? И… как вообще Мия узнала мой адрес и номер телефона? Меня это не на шутку беспокоило.
Поэтому я решил проследить за Майклом.
По сути, я бы ничего не потерял, а только выиграл: повезёт — узнаю какой-нибудь секрет Майкла, а если он заметит меня, скажу, что решил прогуляться и случайно его тут встретил. Гениально же.
Я слушал внимательно, чтобы не упустить момент, когда Майкл будет выходить на улицу: потеряю его из виду — конец слежке.
Кажется, на кухне тихо грохнул по полу стул — это Майкл пододвинул его к столу, — вот краем глаза я заметил движение в коридоре, потом снова тишина. Наверное, Майкл одевался. Вот с тугим скрежетом простонала дверная ручка — Майкл вышел на улицу. Теперь дверь закрылась. Я полежал в напряжении пару секунд, так на всякий случай, потом вскочил с места, подкрался к окну — Майкл неспешно шёл по улице. Отлично.
Я оделся быстрее скорости света и вылетел на улицу. Всё хорошо: я видел его и шёл на безопасном расстоянии. Осталось только узнать, куда он пойдёт.
Мы прошли два квартала и вышли на центральный перекрёсток, причём за это небольшое расстояние Майкл успел два раза мимолётно поздороваться с прохожими — сначала это была мамочка с двойной коляской, а потом какой-то мужик с козлиной бородкой — и остановиться рядом с домом старушки, которая возилась в саду: сметала с дорожки снег метлой, собирала его с ведро и перекидывала за забор к соседям. Мерзкая, однако, бабулька. Они так долго разговаривали и заговорщицки посмеивались, что я уже начал волноваться: чем дольше Майкл вот так стоит, тем выше шанс, что он меня заметит, а мне даже спрятаться здесь негде, только если за этим хиленьким больным деревом. Но вскоре они наконец попрощались, и Майкл пошёл дальше.
Теперь мы шли по центральной улице. Тут я решил сократить дистанцию, потому что и так людей много, в толпе затеряться несложно, и Майкла из виду не потеряю. Стоит ли говорить, что и здесь он останавливался и с кем-то разговаривал? Пожал руку одному, подошёл поболтал с группой других, дал денег какому-то попрошайке — благодетель несчастный, на кого он вообще деньги тратит?! — потом постоял рядом с школьниками около витрины с трюковыми самокатами и велосипедами, с ними что-то там разглядывал, перешёл дорогу, шёл-шёл — остановился, оглянулся, окликнул пару девушек, что-то спросил, они ему указали куда-то в сторону. Заблудился, видимо. Пошёл обратно, снова перешёл дорогу и побрёл вдоль магазинов.
Уже почти час прошёл, но я так ничего необычного и не увидел, зато, кажется, начал догадываться, почему Майкл так долго пропадает — пока он с половиной Нью-Йорка поболтает, конечно куча времени пройдёт!
Совсем скоро Майкл подошёл к торговому центру — мы с ним туда часто ходили вместе за покупками, — и я расстроился: вот и всё, на этом слежка закончилась, а мне нужно спешить домой, чтобы Майкл не узнал, что я за ним следил. Но тут Майкл замер рядом у входа в магазин. Достал из кармана телефон, мгновенно помрачнел и нехотя поднёс его к уху. Звонок Майкла явно не обрадовал: он быстро бросил трубку, раздражённо запихнул его в карман куртки и стремительно пошёл в сторону Проспект-парка.
Я вслед за ним. Назревало что-то интересное.
По пути в парк Майкл не останавливался и ни с кем не разговаривал. Зашёл через главный вход, побрёл вдоль аллеи. Кто звонил и заставил идти Майкла в парка, а не в магазин? И почему он такой хмурый? В глубине души я был уверен, что скоро узнаю ответ.
В конце аллеи, по которой шёл Майкл, стояла небольшая беседка — без сомнений он шёл именно к ней. У него там с кем-то встреча?