Меня охватила паника и ещё какое-то непонятное чувство, когда я увидел её. Мию Кобб. Она смиренно стояла под козырьком беседки, как обычно, прижимая сумку к груди, и молчаливо дожидалась, когда Майкл подойдёт к ней. Я спрятался за широким деревом, искренно надеясь, что она меня не заметила.
Они начали о чём-то разговаривать. Мне не было слышно их слов, но даже издалека по жестам и мимике я понимал, что разговор у них был тяжёлый и явно не самый приятный: Мия смотрела на Майкла так, будто вот-вот набросится на него и выколет ему глаза, если он шелохнётся. И Майкл не двигался. Он явно злился на Мию, но не смел ей ничего сделать — она словно была выше него, хотя и смотрела снизу вверх.
О чём они разговаривали? И почему они вообще встретились, хотя сказали, что не были до этого знакомы? Это была ложь? Я снова вспомнил их первую встречу: оба с первого взгляда враждебно смотрели друг на друга. Значит, они всё-таки знакомы.
Разговор у Майкла и Мии был короткий — они тут же разошлись, и мне пришлось нехило постараться, чтобы ни один из них меня не заметил. Проводив Мию взглядом, я снова пошёл за Майклом.
Так и знал, что он что-то от меня скрывал.
На обратном пути Майкл направился к магазину, в который так и не успел зайти — я на всякий случай пошёл вместе с ним, — и занялся тем, что мне сказал: выбирал продукты для пиццы и складывал их в тележку. Совсем скоро он закончит и пойдёт домой.
Я решил поскорей вернуться на диван и включить телевизор.
***
Я проснулся из-за Артура, который нервно тряс меня за плечи и чуть ли не кричал на весь дом. Он выглядел напуганным.
Чёрт, я что, вырубился? Голова раскалывалась, и рука затекла… как же паршиво. За окном уже глубокая ночь. И какого чёрта здесь делал Артур?
Он уже почти успокоился, но всё равно был сильно взволнован. Я слушал его урывками и не улавливал, что за бред он несёт: он ломился ко мне в дом, хотел выбить дверь, потом нашёл какой-то сломанный ключ и пытался его откуда-то вытащить, даже кровь под ногтем показал — это он, видите ли, поранился, когда неудачно подцепил ключ.
— Я уже испугался, что ты умер! — закончил он свой рассказ.
Круто. И что дальше? Я смотрел на растерянного Артура, на диван, на грязные тарелки на журнальном столике, на выключенный телевизор и тёмный коридор и не понимал, что он от меня хочет. Я помнил, как Майкл приготовил пиццу, мы сидели и ели её перед телеком… а потом я вообще ничего не помню. Дерьмо… Что здесь произошло? И где Майкл? Он опять куда-то смылся?
— А что ты здесь делаешь? — спросил я Артура.
Он сначала впал в ступор, растерянно уставился на меня, но скоро изменился в лице — помрачнел, рассерженно посмотрел на меня исподлобья и процедил сквозь зубы:
— Где Джесс?
— Что?
— Я повторяю ещё раз, — не отступал Артур, — где Джесс?
— Да откуда мне знать? Это ты рядом с ней всё время вертишься, а не я.
— Не притворяйся идиотом! — выкрикнул Артур и яростно пнул диванный столик. Нож звонко брякнул по пустой тарелке. — Ты всё прекрасно знаешь.
— Да с чего бы? — защищался я. — Откуда я должен знать, где твоя Барби?
Артур молча смотрел на меня испепеляющим взглядом и крепко сжимал губы. Достал из кармана куртки что-то чёрное и бросил мне на колени.
— На, полюбуйся.
Конверт. От одного взгляда на него мне стало плохо. Такой же чёрный конверт пришёл мне сегодня утром.
— Чего уставился? — с хрипом шипел Артур. — Открывай.
Внутри конверта был листок с письмом.
Артур Уилсон, тебе же дорога эта девушка, Джессика Харрис, да? Тогда спроси у своего друга Тома, где она. Он точно знает.
— С ней что-то случилось? — спросил я, обеспокоенно посмотрев на Артура.
— Она вчера не вернулась домой. Не отвечала на звонки и ни с кем не связывалась. Весь день её никто не видел и не знает, где она может быть, — как можно спокойней говорил Артур, но его голос всё равно дрожал. — А теперь и это письмо…
— А давно ты его получил?
— Максимум пару часов назад. Мне настырно звонили в дверь, а когда я открыл, на пороге лежал этот чёртов конверт.
— Значит, ты не знаешь, кто его тебе подкинул?
— Да какая в этом разница?! — нервно воскликну Артур. — Где Джесс?
Когда я сказал, что получил похожее письмо и выкинул его в мусорное ведро на кухне, Артур тут же сорвался туда и вывалил весь мусор на пол и начал в нём рыться. Пока он разгребал пустые упаковки и остатки еды голыми руками, я заметил знакомую баночку из-под снотворного. Причём пустую. Какого чёрта? Я точно её не выкидывал, да и не пользовался ею давно, потому что снотворное мне больше ни к чему… Тогда какого чёрта она здесь делает?
Артур нашёл конверт. Смятый и отчего-то мокрый с одного края. Какая мерзость! Я бы ни за что его не коснулся, но Артур взял его в руки, аккуратно расправил и как можно осторожнее вытащил из него лист. Бумага внутри слегка размокла и покрылась в одном углу разводом, но напечатанная надпить по-прежнему была хорошо видна.
Приходи один, иначе твоей подружке конец.
Артур выудил из кармана телефон, открыл карту и вбил адрес с листка. Это оказался отель в Браунсвилле. В Браунсвилле! Хотя удивляться здесь нечему: письма с угрозами не могут не назначать встреч в одном из самых опасных гетто{?}[часть города, в которой проживают люди с низким уровнем дохода, часто безработные, выживающие за счет государственных пособий; там царит преступность, наркомания и нищета, поэтому такие неблагополучные районы стараются обходить стороной
] Бруклина, это же очевидно.
Погасив экран телефона, Артур сорвался к выходу, но я остановил его.
— Куда ты? — спросил я, не давая ему перейти порог кухни. — Собираешься идти туда?
— А, по-твоему, я должен пойти домой и лечь спать?
— Нет, но… это небезопасно, ты же это понимаешь?
Артур молчал. Пристально и долго смотрел мне в глаза, словно что-то выискивал в них, пока не сказал:
— А твоё расследование было безопасным? — Я не нашёлся, что ответить. Но Артуру и не нужен был мой ответ. — Ты забыл, чем закончилось для Джесс твоё расследование в Ланкастере? Забыл? Я вот — нет. И уверен, что именно из-за тебя её кто-то схватил и сейчас держит в заложниках.
— Артур, послушай…
— Я уже молчу, что придти нужно тебе, а не мне или кому-то ещё, — повысив голос, перебил меня Артур. — Ты должен спасти её. Так давай, — от толкнул обеими руками меня в грудь, — иди спасай её. Или ты — неблагодарный паразит? Тебя поддерживали, когда тебе было плохо, тебя лечили и помогали с твоим дурацким расследованием, а ты даже спасибо за это не сказал. А теперь, когда у других из-за тебя проблемы, и ты собираешься просто отсиживаться, крикнув: «Я в домике»? — Ещё раз толкнул. — Нет, не пойдёшь?
Я в оцепенении смотрел на раздражённое и мрачное лицо Артура. Я? Паразит? А ничего, что я никого не просил помогать мне или поддерживать меня? Сами решили помочь мне, а теперь ещё и претензии выкатывают, что это я неблагодарный. Да иди ты нахуй, Артур, со своей корыстной помощью! Мне хотелось послать Артура — пусть он катится, куда хочет! — но во мне заиграла гордость. Так и быть, сделаю дорогому другу одолжение, спасу его ненаглядную подружку, и пусть они оба валят, куда хотят, главное, чтобы больше мне на глаза не попадались.
И только потом понял, что погорячился.
Я стоял перед этим чёртовым отелем в Браунсвилле и с ужасом смотрел, как его стены бледнели от света уличных фонарей. Мне было страшно. Я понимал, что там, в этом отеле, меня ждал двойник, злорадно любующийся, как привязанная к стулу Джесс плачет и что-то отчаянно воет с заклеенным скотчем ртом. Возможно, сейчас он следил за мной через окно. Я оглядел каждое, видневшееся передо мной — всё тихо, нигде не горел свет. Отель спал, как и эта тихая улица. Но я знал, что это лишь иллюзия: стоит мне перейти порог гостиной — у меня появятся большие проблемы. Поэтому я и не решался туда зайти.
Хотя, что я терял? Ничего. Я не дурак и ни за что не пошёл бы в ловушку, не зная, что смогу из неё выбраться. Артур позвонил в полицию и вызвал их на этот адрес; всё, что мне нужно, — стать приманкой и немного потянуть время, пока не приедут копы, не арестуют двойника и не освободят меня и Джесс. Это был идеальный план, чтобы раз и навсегда покончить с расследованием, двойником и всем этим ужасом.