— А вот и наша дорогая Одетта! — крикнула Сид, обращаясь к Джимми, и поставила бутылки на кухонный стол.
«Ничего не поделаешь, придется войти. Надо же внести покупки в дом», — подумала Одетта, сообразив, что от встречи с Джимми ей не отвертеться.
Джимми сидел в гостиной на диване, окруженный щенками Базуки.
— Вы что — дрались? — спросила Одетта, заметив небольшой свежий шрам у него над бровью.
— Скорее, сражался. Со старыми досками и прочим хламом. — Джимми продемонстрировал ей свои руки, сплошь покрытые царапинами. — Мы разбирали завалы в старинных кухнях Фермонсо-холла. Все пришлось делать вручную. Короче говоря, мы работали, а старые строительные леса иногда рушились прямо нам на голову.
— Как я понимаю, реконструкция идет далеко не слишком быстрыми темпами?
— Увы, мы отстаем от графика, зато основательно перерасходовали бюджет, — улыбнулся Джимми.
— Одетта! — крикнула с кухни Сид. — Что за кофе ты привезла? Он не растворяется. Неужели так уж необходимо покупать дешевку?
— Это молотый кофе, а не растворимый. Его надо варить. — Одетта отправилась на кухню помогать Сид. Последняя с радостью поручила приготовление кофе ей, а сама прошла в гостиную поболтать с Джимми.
Когда Одетта вошла с подносом в гостиную, то обратила внимание, что все щенки перебрались к Сид, которая с величественным видом восседала на ковре.
— Калум согласился взять у меня двух щенков, — сказала Сид, поглаживая по лохматой голове одну из собачек. — Последнего щенка из помета я решила отдать Одетте, но она, как выяснилось, ненавидит собак. Может быть, вы, Джимми, его возьмете?
— Честно говоря, не знаю, куда деваться от своих собак, — покачал головой Джимми, поднимая глаза на Одетту. — Они у меня такие шустрые… Я заехал сюда, чтобы взглянуть на электропроводку на мельнице. Одетта сказала мне, что она ни к черту не годится.
— Очень мило с вашей стороны, — сказала Одетта от чистого сердца. Перспектива принимать по утрам горячий душ показалась ей чрезвычайно привлекательной.
— Вообще-то, — продолжал Джимми, — я должен был находиться на деловой встрече в Фермонсо-холле, но туда приехала команда с телевидения, а я телевизионщиков терпеть не могу. Поэтому я оставил все дела на Калума и Алекса, а сам оттуда смотался.
— Что это за команда? — с любопытством спросила Сид.
У Одетты от щек отлила кровь, и она, чтобы никто не заметил ее смущения, уставилась в окно.
— Киногруппа во главе с некой Ронни Прайэр, — объяснил Джимми, наливая себе еще одну чашечку кофе. — Она сказала, что собирается снимать целый сериал о превращении Фермонсо-холла во «Дворец чревоугодия». Калум считает, это будет отличная реклама, но я сказал, что работать под присмотром телекамер не стану.
— Да, я слышала кое-что об этой группе, — произнесла Сид, со значением посмотрев на Одетту. Одетта смутилась еще больше. Не хватало еще, чтобы Сид брякнула Джимми, что это она натравила на Фермонсо-холл телевизионщиков. Во время одного из ночных бдений со своей хозяйкой Одетта имела глупость сказать ей об этом. Но Сид, судя по всему, об этом позабыла, поскольку сказала Джимми совсем другое: — Мне Калум об этом рассказывал. Очаровательный молодой человек. Нам с ним как-то раз довелось обедать в ночном ресторане. Насколько я понимаю, вы с ним давно уже знакомы? — спросила Сид тоном приступившего к допросу преступника следователя. — Если не ошибаюсь, в Африке произошло нечто такое, что очень вас сблизило? По-моему, с тех пор у вас какая-то особенная дружба — и особенные отношения. Калум отзывался о вас с большой нежностью.
Одетта с тревогой посмотрела на Сид. Выражение «особенные отношения» использовали ее родители, когда говорили о гомосексуалистах. Надо сказать, слова Сид покоробили не только Одетту, но и Джимми. Выражение его лица стало замкнутым, а синие глаза потемнели, как море в бурю.
— Он приехал ко мне в заповедник, — без большого энтузиазма произнес он. — Хотел посмотреть наши края и…
Прежде чем Джимми мог продолжить свое повествование, Сид всплеснула руками и, повернувшись к Одетте, сказала:
— Дорогая, по-моему, продукты уже начали таять, и их пора переложить в холодильник. Ты же знаешь, какое значение я придаю завтрашнему обеду.
Одетта с недовольным видом отправилась на кухню. Правда, она оставила в двери щелку, чтобы слышать дальнейший разговор, но хитрость не удалась. Сид пожаловалась на сквозняк и сразу же захлопнула дверь.