В муниципалитете состоялась короткая церемония «только для близких друзей и родственников». На ней присутствовало семейство Филдинг в полном составе; со стороны же родителей невесты и жениха была одна только сестра Рэя Лил, она же мать Мелани. Отец Мелани умер три года назад, а родители Дина — жениха Мелани — жили в Австралии и позволить себе приехать в Англию не могли.
После церемонии регистрации друзья и родственники жениха и невесты переместились в паб «Веселый гном», владельцем которого был дружка жениха Бэрри. Прием был не из дорогих — другими словами, шампанского там не подавали. Пили в основном крепкое пиво, бакарди и кока-колу с водкой. На закуску Бэрри предложил гостям яйца по-шотландски, пиццу, жареные колбаски и чипсы. Сопровождавшая веселье музыка лилась из так называемого «музыкального ящика».
— Нам вовсе не обязательно торчать здесь дотемна, — сказала Одетта Джимми, с неодобрением поглядывая на своего племянника Винни, который швырялся в гостей кусочками колбасы и чипсами.
— Вот как? А я пообещал отвезти твоих родственников домой, — сказал Джимми.
Одетта ужаснулась:
— Да они с подобных сборищ раньше двух утра не уходят!
Джимми беспечно пожал плечами. Поскольку он договорился с Мунго, что они с Одеттой переночуют в Ноттинг-Хилле, спешить, по его разумению, им было некуда. К тому же он был вовсе не прочь познакомиться с родственниками Одетты поближе. Ей же, наоборот, хотелось поскорее с этого торжества умотать, поэтому она ходила по пабу с недовольным лицом, стараясь изыскать предлог, который позволил бы им с Джимми незаметно удалиться. Хорошо еще, что братья Тернер к ней не приставали — уж больно внушительно выглядел ее кавалер.
Братья Тернер обменивались между собой шуточками, главным объектом которых был Крэйг — укрывавшийся от правосудия муж Монни.
Одетта, несмотря на то что Джимми предлагал ей не обращать внимания на выпады братьев Тернер, решила-таки вмешаться в их разговор:
— Прекратите глупый треп. Это переходит всякие границы.
— Ой, ой, как ты нас напугала! — в унисон взвыли Тернеры.
— Это вы пугаете человека. И не меня, а Монни. Оставьте ее в покое, ладно? Вы ничего об этом деле не знаете, так что заткнитесь.
— Это мы-то не знаем? — возмутился Гэрри.
Подошел Джимми и встал рядом с Одеттой.
— Надеюсь, у тебя все нормально, дорогая? — Его громыхающий голос на мгновение перекрыл все звуки и заставил Гэрри попятиться. Все остальные Тернеры тоже притихли. Все, за исключением Лайэма.
— Это ты ничего не знаешь об этом деле, Одди, — пробормотал он, делая вид, что не замечает Джимми. — Так что заткнуться следовало бы тебе. Что это ты тут распоряжаешься, а? Ты за кого вообще себя принимаешь? За большого босса? В таком случае рекомендую тебе посмотреть на себя в зеркало. С этой клоунской прической ты смахиваешь на идиотку. А этот здоровенный парень, который таскается за тобой, как слепой щенок, напоминает мне обыкновенного жиголо…
Джимми и пальцем не пошевелил, чтобы выручить Одетту из затруднительного положения, и продолжал стоять рядом с ней, прислушиваясь к словам Лайэма. Казалось, ему было чрезвычайно любопытно узнать, что еще скажет Лайэм Одетте и как она на его речи отреагирует.
— Короче, Одди, помалкивай и веди себя поскромнее, — сказал в заключение Лайэм. — Тоже мне цаца! Вы, бабы из семейства Филдинг, только и можете, что трахаться налево-направо да болтать всякую ерунду.
Одетта размахнулась было, чтобы отвесить Лайэму пощечину, но Джимми перехватил ее руку. А потом произошло неожиданное: стоявшая все это время в стороне Монни подошла к Лайэму и со словами: «Да как ты смеешь так говорить?» — выплеснула ему в лицо ананасовый сок, который был у нее в стакане.
После этого она расплакалась и уткнулась лицом в грудь Джимми. Тот отвел ее к креслу, усадил и принялся утешать.
Лайэм, сверкая золотыми перстнями на пальцах, достал из кармана платок, вытер сок с лица и, глядя на Одетту в упор, произнес:
— Дешевый трюк, который ничего, по сути, не меняет. Я сказал то, что сказал, и рекомендую тебе основательно над моими словами задуматься.
Одетта не выдержала его пристального взгляда и угрожающего тона, отвернулась и направилась в туалет, чтобы хоть чуть прийти в себя.
Когда она вернулась к гостям, Дин, который уже приканчивал пятую пинту крепкого, рассказывал в баре анекдоты братьям Тернер и Джимми. Те просто покатывались со смеху. Одетта не захотела к ним присоединяться и направилась к тете Лил, которая как начала проливать слезы в муниципалитете, так до сих пор никак не могла остановиться.