За углом, за столиком, которого с ее места было почти не видно, расположился Калум с компанией приятелей. Рядом с ним восседал мастер пиаровских акций Алекс Хопкинсон с иссиня-черными, как у Дракулы, длинными прилизанными волосами. Калум обещал сосватать ей это светило пиара, но Алекс так у нее и не объявился.
У Одетты до сих пор саднило сердце от обиды на Калума, но упускать возможность подсесть к нему за столик она просто не имела права. В конце концов у Калума могла быть уважительная причина, о которой она надеялась узнать от него лично. В худшем случае она готова была выслушать его извинения. Но если бы и извинений не последовало, у нее, как ни крути, оставался дарованный судьбой шанс познакомиться с Алексом, а уже одно это дорогого стоило.
Допив бакарди и положив пустую «пробирку» на металлическую пластинку с меню, Одетта поднялась с места и, гордо подняв голову, чтобы Калум слишком о себе не возомнил, направилась к его столику. За исключением одетой в военную униформу тощей девицы с начисто выбритой головой и кольцом в ноздре, за столиком сидели одни только мужчины. Они пили, курили, болтали и смеялись — короче, так были увлечены собой, что Одетту просто-напросто не заметили. Чтобы привлечь к себе внимание, ей пришлось громко кашлянуть.
— Объявилась наконец, — злобно сказала девица, поднимая на Одетту глаза. Определенно, она приняла ее за обслугу. — Думаешь, мы тут голодовку объявили? Черта с два! Ну ничего, я тебе устрою… Надеюсь, ты знаешь, кто я такая?
— Нет, — честно сказала Одетта, желая всем сердцем, чтобы Калум поскорее представил ее своим знакомым. Но тот был занят разговором с Алексом и что-то оживленно нашептывал ему на ухо. При этом шляпа у него была надвинута на глаза, так что он не увидел бы ее, даже если бы и захотел.
— Я Сюзи Тирск. А как тебя зовут? — продолжала наседать на нее девица. Судя по всему, она собиралась требовать у администрации ее увольнения.
— Одетта. — Она старалась особенно не задираться: как-никак никто ее сюда не приглашал. — Между прочим, детка, я здесь не работаю. Просто подошла, чтобы поздороваться с Калумом.
Калум наконец-то поднял голову и увидел Одетту. Встретиться с ней в «Морге» он, понятное дело, не рассчитывал и чувствовал себя под ее взглядом не слишком уютно. Одетта пришла к выводу, что сейчас он здорово напоминает мелкого воришку, которого поймали на краже в универмаге.
— Тебе чего? — спросил он, немного оправившись от смущения.
Одетте хотелось вспылить, наорать на него, устроить ему при всех хорошенький скандальчик, гаркнуть: «Ты где вчера шлялся, скотина, а? Я тебя полночи прождала!» Но вместо этого она наклеила на лицо любезную улыбку и сказала:
— Ничего. Пришла пообедать сюда с друзьями, увидела тебя и решила подойти поздороваться. Впрочем, я буду не против, если ты представишь меня Алексу. — Тут она чуть повернула голову и посмотрела на инфернального молодца с блестящими иссиня-черными волосами. — Если не ошибаюсь, у нас с вами намечалось одно приватное дельце?
Алекс одарил ее оценивающим взглядом, уделив повышенное внимание ее дорогому, строгого покроя костюму.
— Вы, случаем, не из компании «Пищевые продукты Хартинга»?
— Одетта собирается открыть новый клуб-ресторан в Айлингтоне, — вступил в разговор Калум, пихнув Алекса локтем в бок. — Я тебе об этом рассказывал. Неужели не помнишь?
Алекс поморщился: локти у Калума были на удивление костлявыми и острыми.
— Ах да… Кажется, что-то такое припоминаю…
«Что-то такое»? — возмутилась Одетта. — «Это как же понимать?» Она собиралась устроить в «РО» обед с участием Алекса, чтобы тот впоследствии это мероприятие широко разрекламировал. Как-никак до официального открытия оставалась всего неделя.
— Так когда мы сможем встретиться? — спросила она, стараясь скрыть свое раздражение.
— Ш-ш-ш… Давай не будем сегодня о делах, ладно? Мы все-таки в ресторане, а не у тебя в офисе… Лучше садись и выпей с нами. А я тем временем познакомлю тебя с членами своего, так сказать, клана…
Это люди совершенно ей не подходили. Они были эгоистами и завзятыми сплетниками, слишком много курили и пили и очень громко разговаривали — большей частью о всякой ерунде: о том, к примеру, в какой притон после «Морга» им податься.