Однако зрелое феодальное общество Западноевропейского региона отнюдь не было неподвижным. В его развитии выделяются два этапа: первый, когда простое товарное производство не вносило еще существенных деформаций в феодальную структуру, и второй, когда такого рода деформации исподволь стали подготовлять ее разложение.
Относительно раннее завершение процесса феодализации, утверждения, с одной стороны, мелкого самостоятельного крестьянского хозяйства, с другой — вотчины, побуждавшей его своими требованиями к повышению производительности труда, уже с конца XI в. привело к значительному росту продуктивности сельскохозяйственного производства и к общему экономическому подъему в регионе. В XI—XIII вв. здесь распространяются более совершенные пахотные орудия, развивается конная тяга, ускорившая процесс обработки земли, применяются удобрения; переложная система сменяется двухпольем, а в XIII в. во многих местах — трехпольем, прогрессирует садоводство, виноградарство, возделывание технических культур. Создавалась возможность образования в крестьянском хозяйстве некоторых излишков.
Первым результатом прогресса крестьянского хозяйства был быстрый рост населения в регионе на протяжении XII—XIII вв. — в среднем в 2-2,5 раза, а в отдельных его частях еще больше (например, в Англии более чем в 3 раза). Рост населения создавал нехватку годных для обработки земель, которая возмещалась постепенно развивавшейся внутренней колонизацией за счет обширных еще тогда лесов, осушения болот, строительства дамб на низменных морских побережьях. Иногда связанная с внутренней колонизацией миграция сельского населения происходила под главенством феодалов, особенно монастырей, переселявших своих крестьян на новые земли, привлекая их льготными условиями. Но основную массу колонистов, трудом которых создавались новые поселения, составляли крестьяне, уходившие с насиженных мест в надежде избавиться от барщины и личной зависимости.
Однако по пятам крестьян-колонистов шли феодалы и на новых местах подчиняли их своему экономическому и политическому господству. Расширение обрабатываемых земель в результате внутренней колонизации вело к увеличению валового продукта, производимого в деревне, т.е. на первых порах имело прогрессивное значение. Велики были и социальные последствия внутренней колонизации: в некоторых случаях она облегчала, хотя бы временно, положение крестьян на новых местах поселения, в других, угрожая массовым уходом крестьян на новые места, вынуждала феодалов создавать им более благоприятные условия и на старом месте.
Нехватка земли была причиной и внешней колонизации там, где это было возможно. Как правило, она носила характер военно-колонизационных движений, руководимых феодалами, но вовлекавших в свое русло и массы крестьян. К ним относятся завоевательные походы немецких феодалов в Заэльбье и Прибалтику в XII—XIII вв.; более мирное их проникновение в «Восточную марку» (будущую Австрию), где немецкие колонисты, в том числе крестьяне, селились среди местного, в основном славянского населения; английские завоевания в 60-х годах XII в. в Ирландии с частичной ее колонизацией; попытки английских феодалов проникнуть в Южную Шотландию. Внешняя колонизация, тяжело отражавшаяся на местном населении завоеванных областей, иногда так же, как и внутренняя, облегчала положение крестьян в местах старого поселения (особенно в Германских землях).
Наиболее важным результатом и проявлением общего хозяйственного подъема XI—XIII вв. был массовый рост в это время в Западноевропейском регионе городов как центров ремесла и торговли. В отличие от Юго-Западного региона города здесь в подавляющем большинстве случаев возникали заново, а если и на местах старых римских городов (Пуатье, Париж и др. — во Франции; Кёльн, Аугсбург и др. — в Германии; Лондон, Винчестер и др. — в Англии), то без прямой преемственности с ними. Районами наиболее тесного скопления городов в регионе была Северная Франция, особенно Фландрия, где сеть городов по плотности уступала лишь итальянским. Особенно высокого развития достигли уже в XII—XIII вв. города Фландрии и Брабанта (Гент, Брюгге, Ипр, Брюссель, Лувен). Главной отраслью производства здесь было сукноделие, в частности производство тонких сукон, которое базировалось на импорте английской шерсти. Фландрские сукна вывозились во многие страны Европы и даже Ближнего Востока и ценились особенно высоко. С конца XIII в. в производстве сукна, рыболовстве и мореплавании стали приобретать все большее значение города северных княжеств (входивших в состав Германской империи) Голландии и Зеландии, Утрехта.