В большинстве стран региона уже в XII в. связи деревни с рынком осуществлялись в основном через крестьянское хозяйство. Заинтересованные в получении с крестьян необходимой им звонкой монеты, феодалы в этом случае предпочитали раздавать большую часть домена в держания, ликвидировали барщину, заменяя ее сначала натуральным, а затем и денежным оброком, часто в повышенном размере. Несмотря на связанное с этим иногда усиление эксплуатации, положение крестьян улучшалось: ослабевали узы внеэкономического принуждения и шел процесс освобождения лично зависимых крестьян.
Во Франции к середине XIII в. значительно сокращается число сервов, утверждается так называемая «чистая сеньория», в которой домен был невелик или совсем отсутствовал, основная часть земли находилась в руках наследственных держателей-крестьян, поземельно-зависимых и плативших феодалу обычно денежный «ценз». В Северо-Восточной Франции, во Фландрии и нидерландских княжествах «чистая сеньория» сочеталась уже в это время с широким распространением краткосрочной издольной аренды, которая не обеспечивала земледельцам наследственных прав на землю.
В Германских землях на северо-западе — в Нижней Саксонии, Вестфалии, а также на юге, в Баварии, в XIII в. возобладала тоже «чистая сеньория», но не с наследственными держаниями, а с краткосрочной арендой уже лично свободных крестьян. На Среднем Рейне и в юго-западных областях (Швабия, Франкония) господствовала так называемая «окаменевшая сеньория», где сохранялась старая вотчинная организация с наследственными крестьянскими держаниями, за которые теперь уплачивалась в основном денежная рента. В Заэльбье, где в процессе немецкой колонизации лично свободные крестьяне-колонисты в то время не знали барщины и серважа и где города были много слабее, положение крестьян в XII—XIII вв. оставалось более или менее стабильным. Здесь натуральная рента сочеталась с денежной.
Аграрная эволюция Англии под воздействием товарно-денежных отношений шла более противоречивым путем. С середины XII в. в ней переплетались две тенденции: одна также в сторону коммутации ренты и личного освобождения, вторая, проявившаяся в конце XII в. и преобладавшая в XIII в., — к расширению домениального хозяйства, росту барщинной эксплуатации крестьян, укреплению личной зависимости основной их части — вилланов. Такая аномалия в развитии английской деревни в XII—XIII вв. была следствием уже отмечавшегося роста в эти десятилетия экспорта шерсти и зерна. Главную роль в нем играли не крестьяне, но крупные феодалы, которым торговля на экспорт приносила большие доходы. Отсюда их стремление увеличить домен и барщины, чтобы производить побольше дорогостоящих товаров.
Однако эта консервативная тенденция и в Англии не пресекла полностью прогрессивных изменений. В мелких и средних вотчинах также происходила коммутация ренты, росло число лично свободных крестьян. С конца XI до конца XIII в. число их выросло более чем втрое, в отличие от вилланов они платили в основном денежную ренту.
Таким образом, в целом по региону освободительная тенденция в положении крестьян все же превалировала над тенденцией к усилению феодальной зависимости. Это, тем не менее, не ликвидировало феодальную эксплуатацию как таковую. Кроме того, переход крестьян из личной в поземельную зависимость автоматически влек за собой обложение их налогами со стороны государства, т.е. к зарождению, наряду с сеньориальной, государственной их эксплуатации, ранее в регионе незначительной. Нельзя не учитывать и того, что под воздействием товарно-денежных отношений значительно усилилось расслоение крестьянства. Уже в X—XI вв. в среде зависимого крестьянства во всех странах региона выделялись разные имущественные категории: богатые, среднего достатка, бедные малоземельные. К концу XIII в. эти имущественные различия заметно увеличивались в основном за счет роста малоземельных и безнадельных крестьян. Естественно, что выгоды от улучшения социально-правового положения крестьянства могли извлечь только наиболее зажиточные его представители, тогда как беднота не имела возможности их использовать в своих интересах.
В окраинных районах региона, где процесс феодализации шел более медленно, конец XI—XII в. был временем его окончательного завершения. Так обстояло дело в завоеванном Англией (1169—1170 гг.) районе Ирландии «Пэйле» (дословно — «ограда»). На господствовавший там до этого клановый строй, в котором только зарождались феодальные отношения и основную массу населения составляли свободные общинники — фении, завоеватели наложили английскую развитую манориальную (вотчинную) систему, пытаясь превратить местное крестьянство в лично зависимых барщинных крестьян — бетагиев. В остальной независимой Ирландии продолжал господствовать клановый строй.