Кастильские города обычно были небольшого размера, ремесленное производство в них было рассчитано на прилегающую округу, многие изделия в XIII в. ввозились, Невелико было и число купцов, подавляющую часть которых составляли евреи и мудехары (арабы, сохранившие верность мусульманству и под властью христиан). В XIII в. Кастилию через северные порты активно посещали фламандские, английские и французские купцы, а через Андалусию и Мурсию — итальянские «гости».
Положение городского населения определялось поселенными грамотами или обычаями — фуэрос, которые предоставлялись городам королем, церковными учреждениями или светскими магнатами. Фуэро определял права и обязанности городского совета (консехо) и всех членов городской общины в отношении короля или другого сеньора. Основную массу городского населения составляли пеоны (земельные собственники крестьянского типа, а также низший слой торговцев и ремесленников), кабальерос вильянос (мелкие и средние землевладельцы, иногда держатели и арендаторы), знать — инфансоны. В городе проживали и зависимые держатели городских землевладельцев: соларьегос, кольясас, мансебос.
Термином консехо обозначали и городской совет, и саму городскую общину. Консехо был собственником общинных угодий и пустующих земель, иногда наследовал выморочное имущество горожанина, регулировал пользование пастбищами, порядок пастьбы скота, принадлежавшего горожанам, определял условия пользования оросительной системой. Под контролем королевского представителя или церковного сеньора — аббата, либо епископа консехо избирал алькальда — главу городской администрации — и судей. Консехо контролировал ремесленные занятия, устанавливал систему мер и весов на местном рынке, следя за тем, чтобы продукты питания были хорошего качества, не вывозились за пределы округи и не продавались посторонним лицам, если в них испытывали нужду горожане.
В кастильских городах цехи не сложились. Там, как и в Южной Франции, господствовало свободное ремесло. Особенностью кастильских городов было широкое распространение в них аграрных занятий и до XII в. не всегда их четкое отличие от деревни. При всей достаточно обширной автономии города Кастилии оставались в зависимости от короля. Королевские должностные лица непосредственно или через избранных консехо алькальдов и судей сохраняли значительное влияние в городских делах.
Короли были заинтересованы в поддержке городов. Так, по свидетельствам хрониста, португальский король Хайме I писал своему зятю королю Кастилии Альфонсу X: «Два сословия в государстве должны Вы особенно лелеять и возвышать — клириков, а также жителей городов и местечек. Бог любит их больше, чем знатных, которые более, чем другие сословия, склонны к возмущению против своих господ».
В Португалии в XI—XII вв. довольно крупными городами были Брага, Порту, Коимбра (древняя столица). В XIII в. большое значение приобрел Лиссабон, ставший новой столицей. Графы, а позднее короли даровали привилегии (форалы) ряду городов, в частности право избирать свою администрацию — судей и алькальдов. Форалы городов запрещали феодалам-инфансонам поселяться в городе и иметь там земли, если они не давали обязательства нести те же повинности, что и остальные горожане.
Крестьянские поселения в Средиземноморье очень часто были окружены стенами. Каменные, нередко двухэтажные и более высокой застройки дома, тесно прижавшиеся друг к другу на узких улочках в укрепленных бургах, мало походили на обычные деревенские. Около домов были лишь небольшие приусадебные участки (виноградники, фруктовые сады, огороды). Пашни и луга находились за пределами такого поселения. Их владельцы или держатели отправлялись туда утром «на работу», возвращаясь вечером «домой», в бург.
Общинники были собственниками или (по преимуществу) наследственными владельцами своих пахотных участков, которые не подвергались каким-либо переделам. Одновременно наряду с этой «большой общиной» в Средиземноморье почти повсеместно продолжала существовать (и была сильнее, чем в других европейских областях) так называемая домовая община, в которую входили взрослые женатые и неженатые сыновья хозяина дома с их женами и детьми (кондома, армандад), а также консортерия — ассоциация из двух-трех семей, связанных или не связанных родственными узами. Домовая община и консортерия как бы восполняли хозяйственную слабость «большой общины», так как именно им принадлежала организация всего процесса сельскохозяйственного производства на принадлежавших ее членам участках. Длительное сохранение таких большесемейных объединений объяснялось тем, что в Средиземноморье значительные пространства были заняты холмами и предгорьями, землями неудобными и трудными для обработки силами малой семьи. Этому же способствовала и система поочагового налогообложения, независимо от числа членов семьи.