Экспансия венгерских феодалов в XIII—XV вв., особенно в XIV в., была направлена на Балканы, к Адриатическому побережью. Но во второй половине XIV в. венгерские короли столкнулись здесь с османами, борьба с которыми затем выдвинулась в венгерской внешней политике на первый план.
С начала XIII в. определилось еще одно направление экспансии венгерских и польских феодалов — древнерусские земли. Ослабление древнерусских земель монголо-татарским нашествием (затронувшим и Центральную Европу, но в несравненно меньшей степени) объективно способствовало успеху их планов, Польские феодалы овладели в середине XIV в. Галицкой Русью. Новым стимулом их восточной политики стало заключение в 1386 г. Кревской унии между Польшей и Великим Княжеством Литовским. Это соглашение способствовало поражению угрожавшего обоим государствам Тевтонского ордена. Вместе с тем в результате унии с Литвой интересы польских феодалов все более перемещались к востоку, и они постепенно утрачивали интерес к судьбам своих западных земель, захваченных немецкими феодалами.
Система отношений между самими центральноевропейскими государствами, возможно потому, что экспансия их господствующих классов была направлена главным образом за пределы региона, была в целом устойчивой. Несмотря на имевшие место конфликты, границы между странами практически не менялись (лишь Силезия в XIV в. из Польши перешла в состав Чешского королевства). Важной стороной их взаимоотношений были постоянно появлявшиеся в XIV—XV вв, проекты политических уний двух или всех трех центральноевропейских стран. Время от времени эти проекты осуществлялись частично или полностью. Поскольку при возникновении таких объединений входившие в них государства полностью сохраняли свою внутреннюю самостоятельность, наиболее вероятным представляется, что их возникновение диктовалось внешнеполитической конъюнктурой.
Глава VII
СЕВЕРНАЯ ЕВРОПА В XII—XV вв.
К концу XI в. процесс феодализации в странах Северной Европы в целом еще не завершился. История решала здесь одновременно три задачи: изживались черты «варварской» (военно-демократической) стадии; завершалось становление феодальных отношений; развертывались (особенно в XIII в.) процессы, формировались институты и явления, свойственные уже периоду развитого феодализма. Страны Северной Европы испытывали в эти столетия сильное влияние развитых стран (в частности, Англии и Германии), что ускоряло их включение в общеевропейскую феодальную систему.
Лидирующее положение в регионе заняла Дания. После распада империи Кнута Великого ее территория намного превышала современные границы, так как страна включала южные области Скандинавского полуострова, Сконе, Халланд, Блекинге, владела (с XI в.) герцогством Шлезвиг. Дания располагала плотным населением, обширными посевными площадями. Ее господствующий класс был сильнее, чем в Швеции в Норвегии. В XII в. в Дании уже распространилась феодальная вотчина и соседская община, сложился класс зависимого крестьянства, возникли города. Владение системой проливов, соединяющих Атлантику, Северное и Балтийское моря, давало Дании значительные торговые, финансовые и политико-стратегические преимущества.
Прочие страны Скандинавского полуострова к XII в. были заселены еще слабо. Лишь в приморских районах и вокруг больших озер население было более плотным.
Норвегия в XI—ХIII вв. находилась в расцвете. Она владела наибольшей за свою историю территорией, включая будущие шведские области Емтланд, Херьедален и Бохуслен, активно разведывала север, вплоть до Фенноскании, присоединила Исландию и Гренландию. С XII в. в Норвегии ускорился процесс расслоения свободного крестьянства. Хотя бонды еще сохраняли оружие и традиции полноправия, в их среде уже давно не было равенства. Увеличился разрыв между знатью, верхушкой бондов и массой прочего свободного населения.