Всех самых квалифицированных ремесленников отправляли в Орду. По словам итальянского путешественника Плано Карпини, всех мужчин выгоняли за пределы города, а затем отбирали из них наиболее знающих и опытных ремесленников для вывоза из страны. Именно руками русских ремесленников и созидались ордынские города, поражавшие своим великолепием приезжих. На Руси же в результате исчезли многие отрасли ремесла: была забыта техника перегородчатой эмали, производства стеклянных бус, черни, зерни, скани (художественной обработки благородных металлов). В других ремеслах произошло опрощение и огрубление технических приемов. Почти на целое столетие прекратилось каменное строительство в русских городах. Были нарушены традиционные связи Новгородской, Полоцкой, Смоленской, Витебской земель с Византией и Востоком. Хозяйственное развитие городов было искусственно заторможено, что во многом предопределило общее замедление социально-экономического прогресса в стране.
Сократилась роль вотчинного землевладения. В период Батыева нашествия сильно уменьшилась численность низших категорий класса феодалов и княжеско-боярской верхушки, а вместе с тем и размеры светской частно-сеньориальной собственности. Напротив, возросли размеры «черных» (государственных) земель, налоговая эксплуатация крестьянства князьями была усилена ордынскими поборами.
Особое положение в новых условиях занимала церковь. Монголы оставили за церковью все привилегии и земли и даже упрочили ее права. К существовавшим еще в Киевской Руси епархиям добавились новые. В XIII в. это были Сарская (от столицы Орды г. Сарая), Подонская (с XVIII в. она именовалась Крутицкой) и Тверская, а в XIV в. Суздальская, Коломенская и Пермская. Митрополия и епископаты пользовались судебно-административной автономией, зависимое от митрополита население было освобождено от уплаты всех видов налогов.
Форма эксплуатации сельского населения на Северо-Востоке Руси стала более примитивной. Немалую роль в этом играл рост государственного обложения за счет поборов в пользу ордынского хана. По-видимому, с помощью системы откупов взимались ясак (дань), харадж (возможно, поплужное), тамга (торговая пошлина), сусун и улуф (корм и питье), конак (дар, почести, гостевая пошлина), кулуш-колтка (запрос, чрезвычайный сбор по требованию хана), исполнялись натуральные повинности — ям и улаг (подводная повинность). Постоянный спрос ордынцев на продукты промыслов, в первую очередь охоты, способствовал их развитию в ущерб земледелию на большей части территории Руси.
Замедление темпов феодализации проявилось и в консервации холопства (полной личной зависимости крестьян, обычно не имевших надела), которое поддерживалось и монгольским игом. В конце XIII — начале XIV в. холопы составляли основную рабочую силу домениального хозяйства и пополнялись главным образом за счет взятых в плен в междоусобных войнах соплеменников.
В связи с демографическим спадом в русских землях замедлилась колонизация в районах финно-угорского и балтского населения. Опасность ордынских набегов все же побуждала русское население уходить на север и восток — в менее пригодные для земледелия, но более безопасные области. С начала XIV в. территории Москвы и Твери — двух княжеств, возникших в результате дробления Великого княжества Владимирского, стали центрами притяжения населения из южных, юго-восточных и отчасти западных земель Руси. Упадок городов, усиление натурально-хозяйственных тенденций способствовали сохранению обособленности отдельных земель, поддерживаемой и ордынскими ханами.
Изменилась политико-географическая карта Руси. На окраинах, слабее затронутых нашествием, в 60—70-е годы XIII в. возник ряд новых политических образований: княжества Костромское, Тверское, Галицко-Дмитровское, Московское, Городецкое, Белозерское, а позднее были восстановлены два княжества, существовавшие и до нашествия — Суздальское и Стародубское. Несмотря на распад Великого княжества Владимирского, князь, носивший этот титул, по-прежнему считался главой Северо-Восточной Руси.
Крупнейшим политическим образованием Восточной Европы оставалась Новгородская боярская республика. Вторая боярская республика — Псковская — значительно уступала по размерам своему северо-восточному соседу — Новгороду.
В результате политико-географических изменений трансформировалось и представление о Руси. Так стали называть теперь и отдельные части бывшего Киевского государства: Волынь, Подолию, Киевщину, Смоленщину, входившие в Великое княжество Литовское, и независимые Новгород и Псков, Владимир и Ростов. Само же население этих княжеств и республик, вступая в контакт с другими народностями, именовало себя «русью», «русинами», «русаками». Таким образом, идея этнической общности даже в условиях потери единой государственности продолжала жить.