Складывание общегосударственных сословий ставило существенные ограничения притязаниям королевской власти, не позволяло ей реализовать на практике теории неограниченной власти, согласно формуле римского права: «что угодно государю — имеет силу закона» (Quod principi placuit, legis habet vigorem). Отсутствовали система регулярных налогов, постоянная армия, достаточно действенный исполнительный аппарат, требовались согласие и помощь сословий на все крупные государственные внутри- и внешнеполитические акции.
Природа и мера ограничений со стороны сословий были различны. Достигнутая степень централизации не исключала зависимости королевской власти от класса феодалов, особенно крупных, которые выступали прямыми соучастниками политической власти, как члены королевского совета, высшие должностные лица в центральном и местном управлении, в войске, в сословных собраниях (см. ниже). В большинстве стран Европы они были освобождены от государственных налогов. Городское сословие, хотя и располагало определенной автономией, однако не принадлежало к господствующему классу и являлось непривилегированным податным сословием. Крестьянство в подавляющем большинстве случаев не смогло подняться в рамках развитого феодализма до положения сословия, обладающего позитивными правами и получить политическое признание в обществе.
Соглашение между центральной властью и политически активными сословиями реализовалось в большинстве стран Европы в сословно-представительном органе. Сословные собрания объединяли в своем составе представителей духовенства, дворянства и во многих случаях горожан. Представители крестьян, за редким исключением, в них не входили, что свидетельствует о классовой природе этого политического органа. Сословные собрания возникают в Европе с конца XII в. и отражают в своей структуре особенности общественного развития той или иной страны: они могли состоять из трех палат — духовенства, дворянства и городов (Генеральные штаты во Франции) или из четырех палат за счет автономного представительства мелких и средних феодалов (кортесы Арагона). Иногда духовные и светские феодалы составляли одну палату, обособившись от мелких и средних феодалов, как это было в Венгрии или в Англии. Английский парламент, кроме того, имел еще палату общин, в которой объединялись представители среднего и мелкого дворянства и городов. В отдельных сословных собраниях присутствовали наряду с горожанами представители лично свободного крестьянства, как, например, в кортесах Кастилии, где крестьянство сыграло особую роль в условиях Реконкисты, или в риксдаге Швеции, где и в период развитого феодализма сохранялось большое число свободных крестьян-бондов.
Сословно-представительный орган мог родиться «снизу», по инициативе сословий, как это случилось в Кастилии и в Англии, но чаще всего он созывался сверху, самой центральной властью. Однако и в этом случае его созыв являлся объективной необходимостью, связанной с потребностью поддержки короля со стороны сословий или под непосредственным их давлением. Основной функцией сословно-представительных органов являлось вотирование экстраординарных налогов, что служило средством финансового контроля над правительством. Собрания имели также прямые политические функции, участвуя в обсуждении государственных дел и даже в редактировании предложений и законопроектов, стимулируя или тормозя принятие последних; иногда они обладали правом верховного суда (в Англии).
Политическая роль и степень влияния сословно-представительного органа в разных странах была различной и зависела от ряда обстоятельств. Среди них необходимо в первую очередь назвать расстановку социальных сил в обществе. Она в значительной мере определялась ролью городов. Именно слабость городов и городского представительства в Германской империи и в Центральноевропейском регионе обусловила засилье там феодальных элементов в сословных собраниях, а в результате и слабость монархии в целом. Следует учесть при этом, что активизация государственных собраний в Чехии и Венгрии, сеймов в Польше, их ограничительные по отношению к королевской власти акции проходили на волне закрепощения крестьянства и усиления феодальных сословий дворянства и духовенства. Слабость городов могла, как в Венгрии, привести к ограничению прав городских представителей, которые были отстранены от решения общих важных вопросов. Наоборот, экономическая сила городов и их союз с мелким и средним дворянством в Англии определили рост политического влияния нижней палаты и парламента в целом. Значительное экономическое и политическое влияние французских городов не было подкреплено, однако, союзом с низшим дворянством, замкнутым и чуждым хозяйственным занятиям сословием. Это послужило одной из причин зависимости Генеральных штатов от королевской власти. Вообще слабость городского сословия при прочих благоприятных для монархии условиях могла способствовать слабости сословно-представительных собраний и укреплению королевской или княжеской власти. Земские соборы в Московской Руси, как и французские Генеральные штаты, активизировались только в «трудные» для государства периоды — время Столетней войны, во Франции или крестьянской войны и польской интервенции в России начала XVII в. Тогда из учреждений, созданных правительством и служивших ему, они превращались в самостоятельный орган власти, способный на реформы и организацию сопротивления внешнему врагу. Приверженность местным и провинциальным вольностям серьезно ослабляла совместные усилия депутатов одного сословия, облегчая монархии возможность сепаратных переговоров с провинциями. Следует при этом иметь в виду, что сословно-представительные собрания могли возникать на разных уровнях территориальной централизации. Поэтому в ряде европейских стран, где местная централизация приобрела четко выраженные формы, а возникновению общегосударственных собраний предшествовало (или происходило одновременно с ним) формирование местных провинциальных собраний, создавалась сложная система сословнопредставительных учреждений (провинциальные и Генеральные штаты во Франции и в Нидерландах, рейхстаги и ландтаги в Германских землях, общие сеймы и сеймики в Польше и Чехии). Местные и провинциальные собрания отличала регулярность созыва, часто более широкие финансовые и судебно-административные полномочия.