Развитие теократической доктрины на Западе привело к тому, что государственные дела стали рассматриваться папами как один из аспектов деятельности церкви. На этом особенно настаивал папа Николай I (858—867). По его поручению епископ Хинкмар Реймсский развивал учение о том, что король — лишь орудие в руках церкви, направляющей его к истинной цели. Только церковное помазание ставит его над другими людьми. Папа Иоанн III (ум. в 882 г.) пошел еще дальше, заявив, что папа имеет право не только короновать, но и смещать императора.
Для подкрепления теократических устремлений папства Николай I пустил в ход сфабрикованный в папской канцелярии в VIII в. подложный документ «Константинов дар», согласно которому император Константин Великий якобы утверждал права римского епископа как главы христианской церкви и даровал ему верховную власть над Римом, Италией и западными провинциями империи. «Константинов дар» был затем подкреплен столь же фальшивыми декреталиями — сборником вымышленных папских посланий и решений церковных соборов, приписанным ученому-энциклопедисту VII в. Исидору Севильскому, а на самом деле составленным в IX в. «Лжеисидоровы декреталии», вошедшие в свод канонического права, регулировавшего вопросы внутрицерковной организации и деятельности церковных судов, утверждали независимость папы от любой власти на земле и его право осуществлять свои деяния, не считаясь со светскими государями. Подложность «Константинова дара» в XV в. была неопровержимо доказана гуманистом Лоренцо Валлой. Тогда же церковь вынуждена была признать фальсификацией «Лжеисидоровы декреталии».
Отношения, сложившиеся между светской властью и церковью в Византии, отличались значительным своеобразием по сравнению с Западом. Здесь тоже высшая власть носила религиозный характер. В «Эклоге» императора Льва III (717—741) закон назван «откровением божиим». Долг василевса заключался прежде всего в правильном исполнении того, что изложено в Писании. В Византии императоры, как правило, сами глубоко вникали в богословские споры, их слово обладало высшим авторитетом и для духовенства. Синоды и соборы епископов не могли действовать помимо государя. Император Ираклий, например, издал в 628 г. указ относительно обязательности веры в две природы Христа — божественную и человеческую — с признанием в нем единой божественной воли (монофеситство). Однако ему не удалось примирить таким образом монофиситов с ортодоксами.
Зародившееся на Востоке еще в первые века христианства монашество получило чрезвычайно широкое распространение в Византии. Множество людей по разным причинам «уходило от мира», быстро росло число монастырей. Монастыри основывались василевсами, патриархами, духовенством, в их строительстве принимали участие представители всех слоев общества, некоторые землевладельцы превращали свои усадьбы в монастыри. В VIII в. монашество набрало такую силу, что императоры вынуждены были вступить в борьбу с ним. В борьбе с арабами, с мусульманской опасностью, византийцы провозглашали себя воителями за истинную веру, но в самой империи не было желанного единства веры, кипела острая религиозная борьба, принявшая форму столкновения двух религиозных направлений — иконоборчества и иконопочитания, длившаяся с VIII по середину IX в. и ослаблявшая восточную церковь.
Желая подорвать влияние высшего духовенства и тесно связанной с ним городской сановной знати, иконоборцы (иконокласты) выступили против почитания икон, доказывая невозможность какого-либо изображения божества, называя поклонение иконам идолопоклонством. Иконопочитатели (иконодулы) ссылались на исконность обычая, на необходимость дать простому народу наглядное изображение отвлеченного вероучения, особенно отстаивали поклонение иконам монахи. Иконоборческое движение возглавили сами императоры Исаврийской династии.