Христианство служило важным фактором складывания относительного единства культуры западноевропейского средневековья, ее важной типологической особенностью. Основой религии является ее догматически-концептуальное обоснование. Но церковь и догма не могли полностью поглотить все разнообразные культурные явления эпохи. Даже самые, казалось бы, «церковные» проявления культуры (литургия, теология) могли существовать и развиваться за счет постоянной ассимиляции нецерковных элементов, мирской культуры — как народной, так и «высокой». Человек средневековья жил в атмосфере христианской религиозности. Однако сама средневековая религиозность была очень сложным, развивавшимся феноменом, включившим не только церковные и сугубо христианские элементы, но и явления, прежде не вписывавшиеся в христианскую картину мира и представления о человеке.
Широко распространено мнение, что человек средневековья был подавлен догмой, все его духовные устремления были сосредоточены на раздумьях о грехе, Страшном суде, посмертных наказаниях, что делало его жизнь и внутренний мир невыносимо мрачными, а аскетизм и борьба с мирским злом поглощали все творческие силы общества. Однако это опровергается всем развитием средневековой культуры, устремленной не только к божественному абсолюту или задавленной непосильным бременем греховности, но яркой, непосредственной, порой по-детски наивной и насмешливой. Ее мощная жизненная сила бурлила в насыщенной карнавальности народных празднеств, в не ведавшей стыда откровенности песен вагантов, в лицедействах скоморохов, в таком земном упоении конкретикой вещи, ее телесностью, которым отличалось средневековое искусство. О любви к жизни свидетельствует и красота, яркость одежд, стремление украсить и сделать уютными жилища, постоянная забота о быте и никогда не исчезавшее стремление к красоте. Идеалами средневековья были не только умерщвлявший свою плоть аскет, но и прекрасный рыцарь, витязь, светлый лицом и великолепно развитый физически, не только бесплотная, духовная красота девы Марии, но и сулящая земные радости телесная прелесть женщин. Великолепные ритуалы, которые являлись неотъемлемой частью византийского императорского двора, а затем быта европейских государей, крупных феодалов, призваны были не только символизировать сакральное значение власти, они были еще и просто праздниками, демонстрировавшими красоту вещей и красоту людей, будившими в них вполне земные чувства.
Наконец, зрелое средневековье — это время, когда люди впервые начали понимать, пусть еще смутно, ценность индивидуальной жизни, обратили взор в поисках красоты не только в небо, но и внутрь собственного духовного мира, открыв в нем неизведанные ранее глубины, которые обнаружили нерасторжимую связь человека и окружающего его мира, связь жизни каждого и всех, когда произошло «открытие индивидуальности».
Средневековые соборы были устремлены к небу, но их основания прочно покоились на земле. Так и культура средневековья, консолидируясь в стремлении к обретению абсолюта, шла к этой цели множеством путей, которые нередко уводили от божественного в сторону реального мира. Ее основанием была и стихия земной жизни.
Для зрелого средневековья можно говорить об определенном типологическом единстве культурного развития Европы при сравнении его с общемировым процессом. Однако внутри средневековой культуры континента можно выделить несколько основных ареалов со своими существенными особенностями: западноевропейский (в широком его понимании, включая север, германские земли, юго-запад Европы), центральноевропейский, византийский, восточнославянской с ведущей ролью Руси и др. Нарастанию различий в культурах этих ареалов в немалой степени способствовал и раскол христианства на восточное и западное. Общими для духовной культуры средневековья были, однако, такие черты, как устремленность к абсолюту, тяготение к универсализму, символизм и аллегоризм, порождаемые религиозной структурой сознания, своеобразное сочетание обобщенности и конкретизации, давление традиционности, отсутствие чувства индивидуального авторства, тяготение к авторитету и устойчивости формы. Вместе с тем средневековая культура не была косной и застывшей, она постепенно набирала динамизм в центрах культурных ареалов. Зарождались новые формы культурной жизни, жанры литературы, философские течения, художественные стили; вместе с тем ее особенностью было то, что, возникая, новые явления не пресекали существование того, что им предшествовало. Так, например, рыцарский роман в Западной Европе не зачеркнул эпос, а городская литература не вытеснила житийную, на Руси же византийская архитектурная традиция много веков сосуществовала с местным деревянным зодчеством. Старое и новое, взаимодействуя, обогащалось, изменялось, что, в свою очередь, приводило к дальнейшей дифференциации культуры, росту культурного разнообразия.