В литературе поздней Византии, так же как в общественной мысли, усиливаются гуманистические тенденции. Они находят выражение в пробуждении глубочайшего интереса к античности, в стремлении возродить классическую литературу Древней Греции и Рима, в подъеме живого интереса к человеку и к окружающей его действительности. Отсюда рождался новый взгляд на окружавшую человека природу, ее непреходящую красоту, на простые земные радости бытия. Важным провозвестником предренессансных веяний в литературе было расширение круга интересов писателей, стремление познать другие народы. И, наконец, в поздней Византии продолжалось сближение с Западом, распространение влияния западноевропейской литературы в Византии и византийской в Западной Европе. Плодом этого культурного взаимовлияния являются греческие рыцарские романы XIII—XIV вв., в которых сливаются традиции эллинистическо-византийского любовного романа и влияние новой латинской рыцарской литературы.
В XIII—XV вв. появились стихотворные романы «Каллимах и Хрисорроя», «Вельфандр и Хрисанца», «Ливистр и Родамна». В этих романах на фоне занимательных любовных приключений в поэтической форме воспеваются высокие человеческие чувства, истинная и верная любовь, всепобеждающая сила красоты женщины и величия природы, ставятся вечные проблемы судьбы, рока, жизни и смерти. В византийском рыцарском романе отсутствует тенденция к архаизации, к уходу от реальной действительности. Мир рыцарского романа XIII—XIV вв. — это мир, современный его автору и читателю, мир христианского средневековья. Но вместе с тем в нем обостряется понимание родства с древнегреческим миром, желание возродить эллинскую культуру. В истории поздневизантийской литературы рыцарский роман примечателен и тем, что в нем преобладает язык, близкий к народной разговорной речи.
XIV—XV столетия ознаменованы появлением выдающихся произведений народного творчества. Сохранилось немало эпиграмм и пародий, иногда остросатирических и антицерковных. Широкой популярностью пользовались такие жанры литературы, как новеллы на сказочные и бытовые темы и басенный эпос о животных. Примером произведений подобного жанра может служить «Повесть о четвероногих» — острая народная сатира на современное общество. В ней рассказывается о том, как лев — царь зверей пожелал установить в своем царстве вечный мир. Однако среди его подданных начались раздоры и ссоры, хвастовство и взаимные обвинения, и никакого мира провозгласить не удалось. «Повесть о четвероногих» рисует в фольклорных тонах извечную борьбу мирных травоядных животных и хищных зверей, причем за этой аллегорией скрываются вполне реальные социальные конфликты византийского общества.
К этому же литературному жанру принадлежит и сатирическая повесть XIV в. «Пулолог» («Птицеслов»). Здесь читатель переносится в царство пернатых, где на этот раз в образе птиц высмеиваются пороки господствующего класса Византии. Царь птиц Орел созывает на свадьбу своего сына всех пернатых, но во время всеобщего веселья завязывается ссора, показывающая всю глубину раздоров, царящих при дворе владыки пернатого царства. В народной литературе поздней Византии в нескольких вариантах известна фольклорная поэма об Осле, Волке и Лисе. Этот широко распространенный бродячий сюжет, бытовавший во многих литературах мира, на византийской почве приобрел, однако, свой особый, специфический колорит. Лис и Волк не просто олицетворение хитрости и злой силы, здесь они предстают как типичные для византийского общества льстивые ханжи и хитрые фискалы, тихо опутывающие свои жертвы, в частности доверчивого Осла, тенетами предательства и страха.
По аналогии со звериным эпосом в Византии существовали произведения народной литературы, построенные на мотивах персонификации мира растений. Это прозаическая сатира «Плодослов», где высмеивается императорский двор и высшее чиновничество, страсть тщеславных и пустых вельмож к пышным титулам, процветание при дворе доносов и неправого суда. Сюжет сатиры построен на описании ложного доноса, с которым выступает Винная Лоза перед престолом царя Айвы. Обвинение направлено против высоких лиц — протосеваста Перца и его ближайшего окружения. Доносчицу поддерживают лжесвидетели. В конце концов Винная Лоза терпит страшное наказание — она обречена вечно приносить людям великое зло — пьянство.