Искусство средних веков творилось руками ремесленников, недавних крестьян, горожан. Они были безымянными мастеровыми, честно и с вдохновением делавшими свое дело, любившими шершавость камня, яркость стекла, тяжесть металла, телесность вещи. Но они были и великими художниками, лучшими носителями народной культуры.
Проблема народной культуры — одна из наиболее дискуссионных в медиевистике. Прежде всего следует сказать о неустоявшемся характере самого понятия. Так, под народной культурой понимаются: мирская культура в противоположность церковной, неортодоксальная «ментальность» средневековья; восприятие и переосмысление «высокой» культуры массами, массовое сознание с присущими ему особенностями выражения; фольклорная культура, культура «простецов» в противовес ученой, интеллектуальной культуре; народная религиозность; культура низших социальных слоев общества, трудящихся.
Следует отметить, что для средневековья на разных этапах его развития понятие «народ» не было однозначным. Если для зрелого и позднего периодов под ним в советской историографии понимаются творческие силы истории, непосредственные производители — крестьяне, ремесленники, а также третье сословие — бюргерство, то для раннего средневековья с его социальной несформированностью выделить носителей народной культуры гораздо сложнее. Еще одна трудность заключается в том, что в противопоставленной «высокой» культуре «простецами» были не только представители низших слоев общества, но и многие феодалы, необразованные слои клира. Практически почти все письменные источники той эпохи, дошедшие до нас, созданы в лоне «официальной» культуры. Народная культура была бесписьменной, устной. Увидеть ее можно, только по крупицам собирая сведения «официальных» источников, которые дают их в своеобразном преломлении, под определенным углом зрения, что создает дополнительные трудности изучения народной культуры. Однако в последние годы в такого рода исследованиях достигнуты значительные успехи.
Народная основа, представления, чувства и творчество трудящихся масс являются фундаментом культуры каждой исторической эпохи. Прежде всего язык, без которого невозможна культура, — это плод творчества многих поколений. Его создатель — народ. Народная психология, образность, стереотипы поведения и восприятия — это питательная среда культуры, то, что придает ей осязаемость и плоть.
Низовой пласт явственно просматривается в «высокой» культуре средневековья, в его литературе и искусстве, подспудно ощущается во всей системе интеллектуальной жизни, движение и изменение которой диктовалось не только ее внутренними закономерностями, но и глубинными влияниями, подчас выраженными неявно потребностями, зревшими в недрах средневекового общества, его народной первооснове. Этот «низовой пласт» не был только «карнавально-смеховым», он предполагал наличие определенной «картины мира», отражавшей особым образом все стороны человеческого и общественного бытия, мироустройства. Каждая историческая эпоха имеет свое мироощущение, свои представления о природе, времени и пространстве, порядке всего сущего, отношениях людей друг к другу. Эти представления не остаются неизменными на протяжении всей эпохи, они имеют свои отличия у разных классов и социальных групп, но в то время являются типичными, показательными именно для этого отрезка исторического времени. Недостаточно констатировать, что средневековый человек исходил из «картины мира», выработанной христианством. Совершенно очевидно, что представления у верующего человека наших дней и средних веков при общности исходных христианских принципов различны. Христианство лежало в основе мироощущения, массовых представлений средневековья, но не поглощало их целиком.
Сознание той эпохи, в его элитарных и низовых формах равно исходило из констатации дуализма мира. Земное существование рассматривалось как отражение бытия высшего, «горнего мира», с одной стороны вобравшее в себя гармонию и красоту своего архетипа, а с другой — представляя его явно «ухудшенный» в своей материальности вариант. Примирение или противостояние двух этих миров — проблема, занимавшая средневековое сознание на всех его уровнях. К этому дуализму восходили универсализм, символизм и аллегоризм, бывшие неотъемлемыми чертами средневекового миросозерцания и культуры.
Средневековое мировосприятие стремится больше к синтезу, чем к анализу. Его идеал — целостность, а не множественное разнообразие. И хотя земной мир представляется ему состоящим из «своего, знакомого» близлежащего пространства и «чужого», далекого и враждебного, но все же обе эти части слиты в неразрывное целое, они не могут существовать одна без другой.