Во внешнеполитических интересах византийского правительства умело использовались торговые, религиозные и культурные связи империи с самыми различными странами и народами. Особенно крупная роль во внешней политике Византии принадлежала церкви и церковным миссиям. Распространение христианства являлось важнейшим дипломатическим орудием Византии на протяжении многих столетий. Гибкость и изворотливость были в равной степени присущи и миссионерской деятельности православной церкви. Стараясь скрыть истинные политические цели под маской благожелательности, стремясь привлечь на свою сторону симпатии новообращенных народов, в частности проповедью христианства на местных языках, Константинопольская патриархия применяла более гибкие методы миссионерской деятельности, чем папский престол. Такая гибкая политика православной церкви во многом способствовала утверждению византийского политического и идейного влияния в христианизированных ею странах. Византийский опыт оказал большое влияние на организацию дипломатического дела в средневековых государствах Юго-Восточной и Восточной Европы, служа долгое время своего рода эталоном и для многих варварских народов.
Взлет могущества Византийской империи в правление Юстиниана оказался, однако, недолговечным. При преемниках этого императора Византия вступила в полосу упадка. Успехи Юстиниана были куплены слишком дорого — ценой истощения экономики государства и разорения народных масс. В последние десятилетия VI в. чрезвычайной силы достиг накал социальной борьбы. Выступления народных низов происходили в Константинополе, волна крестьянских восстаний прокатилась по Египту, не прекращались массовые движения в восточных провинциях — постоянных очагах ересей и сепаратизма. На рубеже VI—VII вв. угрожающий характер приняли волнения в византийской армии. В последующие десятилетия страна оказалась ввергнутой в пучину внутренних смут, вылившихся в подлинную гражданскую войну при императоре Фоке (602—610). Она охватила Малую Азию, Сирию, Палестину, Египет. Византия быстро теряла часть своих владений на Западе и на Востоке. Но тем не менее идея всемирной монархии с центром в Константинополе жила еще долго не только в самой Византии, но и в варварских королевствах Запада. Вплоть до создания на Западе империи Карла Великого варварские королевства — пусть номинально — признавали верховную власть константинопольского императора; варварские короли почитали за честь получать от него высшие имперские титулы и пышные инсигнии своей власти, при дворах западных правителей чеканили монеты, имитирующие византийские солиды. Долгое время многие правители Юго-Восточной и Западной Европы стремились подражать обычаям и нравам византийского двора, использовать систему византийского государственного управления и дипломатии в качестве образца при создании административного аппарата в своих странах.