Обвязала вокруг дерева тряпку, чтобы быстрее найти и пошла в сторону озера. Опять пришлось пробираться сквозь густые кусты, и по болоту. Но за ними открылся широкий луг, перейдя который вышла к воде.
Захотелось скинуть одежду и освежить тело. Все же от меня изрядно попахивало. А если я зайду в воду и появятся посторонние? С другой стороны, я за весь день никого не встретила. Можно рискнуть.
С завязками на спине я конечно помучилась, но в итоге все мне удалось. Стянула платье и нижнюю рубашку, косу примотала тряпкой к голове, после чего нагишом зашла в воду. Хорошо то как! Есть большая разница, купаться совершенно раздетой или пусть даже в купальнике.
Каждой клеточкой ощущается свобода и единение с природой. Вода ласкает тело не встречая сопротивления на своём пути. В общем я получила награду в конце этого тяжелого дня.
Выйдя, обтерлась грязной рубашкой, но надела чистую. Пусть платье у меня пыльное, но хоть что-то будет чистым.
Вернулась я к дому-дереву уже в сумерках. Подернула плечами и полезла вверх. Поесть я могу и там, а вот подниматься и приматываться в полной темноте не хотелось.
Из последних сил, сжав зубы и кряхтя забралась на выбранное ранее место. Ну так себе, конечно. Очень жестко сидеть, да и неудобно. Но, выбора нет. Примоталась к стволу, и только после этого приступила к ужину. Сухая, как камень лепёшка и малюсенький кусочек сыра. Скромно, но зато на свободе!
После этого смотала узелок и подложив его под попу уткнулась лбом в дерево. Как спать я вообще не представляю себе, но ничего, научусь, привыкну, да и усталость брала свое.
Веки налились свинцом, я все чаще проваливалась в сон, и видимо покачнувшись выныривала обратно.
Тем временем опустилась ночь. Темнота такая, что я еле руку свою различить могу. А ещё до ушей начали доходить пугающие звуки. То ли вой, то ли рык животных.
Утешала себя, что до меня не доберутся. И хвалила себя за сообразительность. И тут внезапно снизу послышался старушечий голос.
– Ты это чего тама делаешь? – Сказать что я испугалась? Значит не сказать ничего. Первое, что пришло на ум - прикинуться статуей, или этаким наростом на дереве. Ничего другого с испуга не придумала и замерла истуканом.
Глава 10
– Чаго молчишь то? Али глуховата? – По всей видимости старушка оказалась настойчивой. Интересно, как она меня разглядела в полной темноте? Я, например, её не вижу, ориентируюсь только на слух.
– Не глухая, зверей диких боюсь, вот и укрылась здесь. – Вступила в диалог. А сама боюсь. Вдруг она атаманша разбойников? Или их наводчица?
– А пошто по лесу в ночи шастаешь? – Вот ведь. С какой целью она интересуется? Выясняет будут ли меня искать? Для чего?
– Заблудилась. До утра отсижусь и буду искать дорогу домой.
– А откуда ты? Чьих будешь? – Вот я и угодила в собственную паутину лжи. Как дальше выкручиваться?
– Я Вам не скажу, потому что не знаю Вас. Мало ли что.
– Это ты верно подметила. Травница Люба я. Тута, за озером деревня, вот околясь нее, в лесу и живу.
– А я Мария. – Пришлось представляться настоящим именем. Потому что местных имён женщин я не знала ни одного. Даже имени служанки не спросила.
– Спускайся, Мария. У меня переночуешь, а утром провожу тебя. – Шах и мат. Старушка не оставляет мне выбора. Да и в моём ли положении отказываться?
– Хорошо. Я сейчас, отвяжусь от дерева и спущусь. – А сама превратилась в слух. Что она ответит мне? Может выдаст свои намерения? Если они недобрые.
– Давай, слазий, поможешь мне котомку до дома тащить. Я вот тоже вишь, допоздна засиделась за сбором травок. И сил нет ношу тащить, и бросить не могу. – При этом старушка тяжело вздохнула. Вроде не врёт. Или наоборот, складно заливает.
Между тем я развязывала узел на рубашке, которую обернула вокруг себя и дерева, а он никак не поддавался. Да еще темнота кромешная пользу не приносила. В общем провозилась долго. Старушка больше не разговаривала со мной, только тяжело вздыхала и пару раз чихнула.
Наконец-то мне удалось развязать узел. Сложила все в узелок и зажала его зубами, чтобы освободить руки. Спускаясь поцарапала ногу, но в остальном обошлось без последствий. А оказавшись на земле, ощутила, как в царапину на ноге что-то уткнулись и задышало.
– Ой! – Испугалась и сделала шаг назад.
– Нада, отстань от нее, вишь, боится. – Старушка к кому обращается? Все же обманула меня, да?
– Ты не боись, это Нада, она тебя и нашла, и меня притащила. Волчица она, подранок. В охоту попала, сильно ей досталось. Всю зиму её выхаживала. Думала уже помрет. Ан нет. Выходила лохматую. Так она от своих то отбилась, и вишь, от меня не отходит. Так и живем вдвоем. – Я забыла как дышать при первых словах старушки. Волки! Зачем я слезла? А если сейчас обратно? Ага, я на дерево, а она меня за ногу. И откусит. В смысле волчица.