─ Сеньор Монтальдо, неприятные мысли забрели в мою голову, ─ начал Паоло. ─ Мы будем вынуждены задержаться.
─ О чем речь, Паоло! Она же спасла нас обоих! И не на часок-другой, а на несколько дней. Горы отсюда недалеко. Найдем укромное ущелье, скрытое от посторонних глаз. А наш хозяин снабдит нас всем необходимым. ─ Стефано, слегка захмелевший, сурово взглянул на гота, который не понимал, что говорят незваные гости, но не сомневался, что они хотят его ограбить.
─ Хозяин, одним святым духом не проживешь! Ну-ка, подсуетись! Мясо, хлеб, рыба…что еще у тебя есть?
Гот захлопал коротенькими белесыми ресницами.
─ Ты не бойся! ─ Стефано подошел к нему и, сев перед ним на корточки, положил золотой солид ему на колено. ─ Тебе нет разницы, кому продавать: нам или на базаре. Я не обираю честных тружеников.
Ущелье
В пяти милях от селения на восток начинались невысокие скалистые горы, сплошь покрытые лиственным лесом. Местность была очень живописной, но беглецов не покидало неприятное ощущение, что опасность кроется за каждым кустом. Они пришпорили лошадей и, не выбирая дороги, поскакали к лесу. Эту часть княжества населяли по преимуществу скотоводы и землепашцы, но не отар овец, ни людей на полях не было видно. Похоже, жители укрылись по своим домам, ― доверие к армии князя сильно пошатнулось, несмотря на перемирие с генуэзцами.
У подножья горы маленькая речушка, спускающаяся с гор, извивалась среди огромных камней и невысоким кустарников. Стефано, показав Паоло на траву, не поврежденную копытами домашнего скота, предложил следовать по ходу реки, в глубь леса. Горная река наверняка берет свое начало среди скал, в глубине непроходимой чащи.
Река вывела в неширокую ложбину, где густой лес сменился редкими деревьями и плотными зарослями колючего кустарника. Здесь река поменяла направление. Укрываясь под валунами, она резко уходила вверх на отвесный утес, откуда и брала свое начало, вырываясь из сердца горы хрустальным водопадом.
Мужчины остановились, любуясь прекрасным зрелищем сверкающего горного потока. Лошади, измученные крутым подъемом и жаждой, сразу же опустили головы к воде. На солнце грелись ящерки, изумрудные и коричневые. Непривычные к гостям, они всполошились и мгновенно исчезли под камнями.
─ Как по заказу! И вода, и крыша над головой! ─ радовался Стефано, обнаружив скалу с небольшой пещерой. ─ Тут мы и проведем несколько дней, чтобы сбить с толку преследователей.
Паоло спрыгнул с лошади и подошел к речушке, хлебнул воды и сказал:
─ Вода превосходная! Не думаю, что у князя найдется столько солдат, чтобы прочесать все горы. К тому же сейчас ему не до нас!
Вечером, когда солнце уходило на отдых, освещая красноватым светом скалы и предгорье, отдохнув и поужинав, беглецы стали обсуждать свои дальнейшие действия. Заметив повсюду следы нашествия своих соотечественников, и узнав о судьбе отрядов Ломеллино из уст владельца постоялого двора, Паоло гадал, что сейчас происходит в Солдайе, и делился с Стефано своими предположениями. Поражение Ломеллино в сражении под Солхатом, унесшее жизни более тысячи итальянских солдат, остановило дальнейшее наступление генуэзцев. Кто знает, что там, в Солдайе, может, и камня на камне не осталось. Приехать в никуда не хотелось. Порт Чембало был ближе, всего день пути.
— А не съездить ли мне на разведку, — предложил Паоло. ― Все равно придется провести в ущелье пару дней, пока рана не затянется. Правда, гот божился, что его мазь отменная, через три-четыре дня все совершенно заживет, останется лишь небольшой шрам.
─ Тяжело принимать важные решения, когда ничего не знаешь, ─ согласился Стефано. ─ Твое предложение наведаться в Чембало весьма разумное. События развиваются быстрее, чем шторм в открытом море. Переночуем, а завтра ты отправишься разведать обстановку.
Если сказать честно, то молодому итальянцу понравилась идея Паоло не только взвешенной рассудительностью. Ему хотелось остаться наедине с Верой, побыть самим собой, а не начальником, заботившимся о соблюдении субординации. Первый раз в жизни, с удивлением отметил он, его чувства побороли разум, а виной тому прекрасная и загадочная женщина. Он считал, что хорошо знает женскую душу. У Стефано всегда были постоянные любовницы. Но он быстро охладевал к ним, находя всех женщин однообразными и скучными. Все, что им надо — только наряды, украшения и утоление сексуального желания. Поэтому они воспринимались им как приятное развлечение. Вера же проявила черты характера, необычные для женщины. В ней чувствовалась уверенность и внутренняя независимость, словно было что-то невидимое, оберегающее ее от любых нападок и опасностей. Стефано захотелось покорить ее. Половину ночи он провалялся без сна, думая, как близка его победа, и какой она будет сладкой.