— Что? Ах, да, женится… свадьба, дети… — Вера истерично расхохоталась. Прошла минута, затем другая, а она все смеялась и смеялась….
Уже сожалея о сказанном, Эльжбета метнулась к ней и принялась трясти за плечи, ― в глазах Веры просматривалось безумие. Зная, что делают в таких случаях, полька схватила кувшин с водой и с размаху плеснула Вере в лицо холодной водой. Она потекла по лицу, затем по шее, ― на голубом лифе платья расплылось темное пятно. Вера закашлялась и перестала хохотать, понемногу приходя в себя.
— А ну-ка еще! — воскликнула Эльжбета, снова окатывая ее водой, но уже из таза.
Волосы, одежда, лицо — намокло все. Перед ней стояла не взрослая женщина, а несчастная девочка, мокрая и обезумевшая от горя. Полька подошла к Вере и положила ладони ей на плечи, смахивая с них воду:
— Вера, запомни, женщина должна быть сильной. Жизнь похожа на море. Оно жестоко расправляется со слабыми! Если ты выбираешь жизнь, тебе придется принять ее законы. Ты сбилась с курса, а море не терпит ошибок. Подними же паруса и следуй по направлению ветра. Слова Эльжбеты, сказанные спокойным решительным тоном, приободрили Веру и добавили сил. Да, конечно, она права! Слезы ─ пустое занятие. Кто ей еще может помочь, как не она сама!
Безразличным взглядом Вера окинула вещи Стефано: книги, письменные принадлежности, перчатки. Ей больше не хотелось любоваться его почерком, подносить к лицу перчатки и вдыхать запах его тела. Переживать и плакать она тоже не будет. Она подошла к окну, взяла одну перчатку и швырнула ее на пол.
─ Козел! ─ процедила она на русском языке.
─ Что ты сказала? ─ Эльжбета весело сверкнула глазами. ─ «Кози»? Я так давно не слышала славянской речи! Кто «кози»? Сеньор Стефано?
В светлых глазах женщины загорелись озорные искорки. Наверное, ей и самой приходилось называть кого-то козлом. Мелкие хищные зубки приоткрылись в тонкой лукавой усмешке:
─ Да ведь без рогов-то козлов не бывает. ─ Эльжбета хитро прищурилась.─ Никто и ничего не узнает. Господь тебя одарил красивой внешностью, а ты совсем ею не пользуешься. Он изменил тебе и скоро женится на другой, и ты больше ему ничего не должна! — быстро проговорила полька. — Мой тебе совет ― ищи нового покровителя, если не хочешь остаться в проигрыше. Заодно отомстишь. А там, глядишь, все и образуется.
─ А что… ─ усмехнулась Вера, представив Стефано в объятиях молодой красивой итальянки в подвенечном платье. ─ Порою месть бывает очень сладкой…..
─ Ни есть то слово, паненка! Сладчайшей, ─ шепотом протянула Эльжбета. ─ Послушай, мы ведь собирались в собор, а твоя прическа испорчена. Ну, ничего, я быстро справлюсь.
Возле католического храма никогда не толпилось много народа. Здесь не встретишь простого горожанина. Греки ходили в свою церковь, армяне ─ в свою. А приезжим генуэзским купцам и чиновникам не было дела до бога. Их больше заботили дела и коммерция. Вера была в этом храме один раз, и то из любопытства. Зато здесь можно было повстречать жену викария, и еще несколько женщин, жен советников консула, его письмоводителя. Они приходили сюда от скуки, чтобы пообщаться, похвастаться новыми нарядами.
Вот и сейчас Помеллина, самая красивая и молодая из них, что-то обсуждала с подругами. Увидев Веру, она сразу замолчала и метнула на нее взгляд, полный ненависти. Вера горько улыбнулась. Значит, ей ничего не известно о шашнях Стефано.
─ Зайдем? ─ спросила Эльжбета. ─ Ведь никто не знает, что ты православная.
Войдя в храм, Вера остановилась. Навстречу ей к выходу шло несколько мужчин. Ели судить по их надменным лицам и богатым одеждам, они принадлежали к знатному сословию. Мужчины дружески беседовали, улыбались. Похоже, они не торопились покидать храм.
─ Ты не знаешь, кто эти люди? ─ поинтересовалась Вера у Эльжбеты.
─ Знаю. Этих сеньоров я не раз видела еще в Генуе. Богатые аристократы. Один из них бывал в гостях в палаццо ди Монтальдо. ─ Полька едва заметно кивнула на мужчину средних лет и шепотом сказала. ─ Алессандро, граф Лаванья. А вон тот юноша, в синем, его родственник…
Вера ее больше не слушала. Алессандро выделялся из всех эффектной внешностью и гордой осанкой. Она осторожно посмотрела на генуэзца.
«Типичный итальянец», ─ подумала она, вспомнив поездку в Рим. Невысокого роста, коренастый, темноволосый, с неизменной улыбкой и блестящими темно-шоколадными глазами.