— А тогда кто эти что стоят на перроне? — в данный момент Колян наблюдал четверых, мужика в полушубке и меховой шапке ушанке, тетку с кашемировым пальто и огромным баулом, еще парень и девушку в костюмах для катания на лыжах.
— Это счастливчики. Ну те, кто выиграл билет в светлое будущее. Вот стоят, ждут это самое будущее. Тут подвох в чем. Они видят поезда и знают их конечный путь, и так же видят те плюсы и минусы, что могут ждать их в конце пути. Но часто они боятся разменять счастливый билет на мелочь, так и стоят. Вот та парочка ждет тут аж с семьдесят третьего года, ну так мне рассказывали.
Насущные вопросы закончились, а спрашивать, чего Ярика метлой огрели, не хотелось мало ли обидеться, а терять источник информации очень не хотелось. И Колян принялся формулировать некий глобальный вопрос, что поможет сориентироваться в новых реалиях, но знакомец неожиданно спросил.
— Слушай, не в службу, а в дружбу помоги. Надо будет в скорости товар закинуть в машину, а у меня ребра. Боюсь, что сам замучаюсь. Понимаю, выглядит все странно, но слова даю против тебя ничего не замыслил.
Николай не горел желанием куда-то идти и что-то там грузить, тем более с малознакомым типом. С другой стороны, ему помогли в трудный час, пусть как выяснилось и не совсем бескорыстно. Но оно, впрочем, и хорошо, ведь частенько полученное даром, после аукаться куда как дороже, чем уплаченная услуга.
— А что делать надо? — голосом Колян давал понять, что идеи не хочет.
— Да, три мешка закинуть в прицеп, товарняк придет нужно скинуть груз, после уложить в кузов ЗИЛка. Бизнес у меня тут такой, да и сам ты скоро в Срезах чем-то подобным промышлять начнешь. Тут деньги зарабатываются легко. Вон за тем фонарем видишь скамейку, да не боись там просто серая зона.
Николай еще поколебался почти с минуту, а после согласился, не без опаски, но все же. Знакомство явно стоило закрепить, а вот бояться всего и вся, так сразу лучше домой к жене под юбку.
— Хорошо, но, если что я сваливаю.
— Заметано, я вперед, а ты осматривайся на предмет возможной засады. Я не ерничаю, я все понимаю.
Они выдвинулись, Колян замер возле границы света и полумрака, глянул на едва различимую дверь в стене уводящий в нормальный мир, и все-таки отважился спросить.
— А за что тебя дворничиха ухойдохала?
— Ааа, приятелю хотел помочь вырваться, но не срослось. Через неделю еще раз попробую, когда ребра заживут.
Колян выдохнул и переступил границу света и полумрака, чуть сжался в ожидании… сам не зная, чего. Но ничего не произошло, просто стало чуть холоднее, словно он вышел из коробки квартальных домов в реденький парк. Снег под ногами захрустел громче, и ветер более агрессивно вырывался из-за деревьев. Но получаемый дискомфорт все же был терпимый. Они преодолели почти пятьдесят метров, когда Ярополк отступил на метр в парк и уселся на деревянную скамейку с не пропорционально большой спинкой. Разместился не как было задумано конструктором, а по-ребячески, задницей на спинку, ногами на сидения. Колян не колеблясь последовал его примеру.
— А чего тут такая серость? — зачем в пустую тратить время в молчание, когда можно по задавать вопросы, тем более попутчик словоохотлив.
— Да в общем без понятия. Но есть мнение — вот эта серость и есть сам Срез, а вокзал всего лишь… смотровая витрина. Вот как бывает, едешь ты на поезде и видишь все эти провинциальные городки, поля, леса не целиком, для тебя все видится не понятной серостью. И только вокзал, для путешественника является светом понимания.
Колян удовлетворенно кивнул, ответ его устроил. Они помолчали еще с минуту, за это время парень осмотрелся. Парк как парк ничего мистического и таинственного, голые деревья, очертания скамеек, силуэты людей вдалеке. Еще через пару минут Колян соскочил со своего места, пусть холод едва ощущался, но все же пальцы на ногах уже пощипывало морозцем.
— Ты куда? — взволновался Ярополк.
— Долго еще ждать? — как известно догонять и ожидать самые худшие вещи, а без должной мотивации, так и вовсе практически не выносимые.
— Да пять минут, максимум десять. Слушай, — голосом рассеянного университетского лектора проговорил Ярик, — совсем забыл тебе рассказать про Пионерку.
— Чего?
— Пионерка. Есть такая особа, она в общаге живет. Да ты и про общагу не знаешь, вот я дурак. Значит слушай. Когда натренируешься в «окна заглядывать», представь себе вот этот символ, — и он протянул Коляну смятый листок бумаги, с плохо различимыми в полумраке рисунком, — общага этот некое здание с множеством этажей и кучей дверей, через нее удобно перемещаться по Срезам. Но ты не думай, там не слишком безопасно, всякие шляются. Но все же лучше, чем вслепую тыкаться. Так вот будешь в общаге, рано или поздно наткнёшься на Пионерку. Она сплошь хорошая, поможет, научит, объяснит, что к чему. Единственное правило ничего её не обещай, и некуда не иди, как бы она не просила. Иначе пропадешь, еще никто не возвращался живым после прогулки с ней. Но пионерка классная…
Во тьме ударом молота прозвучал паровозный гудок.
— Вот это наш, двинули на место.
Ярик, нагнулся в бок, вытянул ногу, чтобы удобнее было достать достал из кармана штанов ампулу. После машинально встряхнул и прижал к тыльной стороне ладони, провернул, внутри вспыхнуло алым, и сразу послышался легкий вздох облегчения.
Николай скривился и отодвинулся, только наркомана ему и не хватало.
— Да не дрефь ты, не нарик я, — ампула умело и привычно была спрятана обратно в карман, — это Рубин, энергетик. Ну жук такой, кусает и впрыскивает специальный яд, ну, чтоб взбодриться. Да не боися ты, я нормальный. Пошли.
Колян мысленно попенял себя за внезапно пробудившийся дух авантюризма, но все же последовал за Ярополком.
Они прошли буквально метров десять и вышли на еще один перрон, в крайней степени запущенности, выбоины, ямы, торчащая арматура виднелась повсюду. Николаю с трудно представлял, что им все еще пользуются. Но после череды гудков, увидел натуральный паровоз как из кинохроники двадцатых годов, с трубой и шлейфом еще более черного дыма, чем тьма на железной дорогой. Древний механический монстр, не сбавляя ход пролетел мимо приятелей, и словно в арку вошел в свет фонаря, так и не показавшись на освещённой стороне. Николай опешил от увиденного, он еще далек, чтобы воспринимать паранормальные явления как обыденность. Вроде должен был акклиматизироваться и привыкнуть к чудесам, и мистики, а нет снова, стоит с открытым от удивления ртом.
— Эй Николай ты чего замерз? Давай помогай мешки грузить, — легкий тычок и громкий окрик вернули парня в конструктивное русло.
Колян развернулся, машинально сгибаясь, чтоб подхватить ношу и тут же дёрнулся назад. И было от чего, на перроне валялось три огромных мешка, сделанных из грубой самотканой ткани, в которым отчертило угадывались человеческие силуэты и более того они шевелились.
— Это что? — ошарашено спросил парень.
— Колян это товар. Давай быстрее, время жмет, — как ни в чем не бывало сказал Ярополк.
— Но в мешках же люди, — и в подтверждении этих слов из мешка послышался женский голос, слова вроде и знакомые, но смысла не понять, будто говорит какой-нибудь Чех или Болгарин.
— Мы люди, а в мешках товар, — отчеканил холодным голосом Ярополк, — Это понятно?
— Ты псих? Какой на… товар, — Колян было дёрнулся к завязке на мешке, но был вынужден отпрянуть, заострённая арматура просвистела в нескольких сантиметрах от лица парня.
— Я тебе помог, все объяснил, а ты вот так значит сука. На доброту злом и предательством, — брызгая слюной шипел Ярополк, железный прут в руке нервно дрожал.
Откуда взялся у работорговца кусок металлического прута, Колян даже не задумался. Он отступил на несколько шагов, силясь придумать как действовать дальше, как спасти несчастных. Тем временим возле них остановился ЗиЛ с открытым заднем бортом, а дальше по перрону два десятка людей сноровисто грузили мешки в другие транспортные средства, от стандартных прицепов, до саней впряжённых в тройку лошадей.