– А что, по-твоему, мы можем сейчас сделать? Ты ведь сама слышала, – не сдержался Юра.
Да что я должна была услышать? А, главное, когда? Минуточку…
– Ты понял, о чём они говорили?
Юра сильнее сжал мою ладонь, резко выдохнул, замедляя шаг. Наверняка мы подумали сейчас об одном и том же.
– Помнишь, я говорил, что мне пришлось изучить местный язык в ускоренном темпе?
– Ни слова не поняла... – осознание проблемы далось мне непросто.
Юра, подтверждая свою принадлежность к мужскому полу, принял удар стойко, не бросившись в панику в отличие от меня. Я вцепилась в руку любимого, как можно крепче. Мысль, что могу потеряться, не зная языка, привела меня в ужас.
По соседнему коридору пронесся гул, и мы тут же ускорились, поскольку не хотели попадаться на глаза страже и вызывать подозрения. Дальше мы продвигались в полной тишине, не отвлекаясь на окружающее беспокойство, а потому попали в знакомую часть дворца довольно быстро.
– Я тебе тысячу раз говорил, чтоб ты своих баб сюда не приводил, – возмутился артефактор, как только мы перешагнули порог его лаборатории. – У меня здесь не бордель, а приличная лаборатория вообще-то.
Разумеется, сама я вновь не поняла ни слова, мне всё это Юра перевёл.
Продолжив ворчать, старик перестал отвлекаться на посторонние факторы, то есть на нас, и обратил всё своё внимание на огранку небольшого полупрозрачного камня. Начинаю узнавать старого доброго артефактора...
Юра представил меня, назвав Линой (разобрать одно-единственное, более того своё собственное имя, с которым я ассоциировала себя довольно долго, не составило труда), и вступил в диалог с артефактором. Я то и дело ловила на себе косые взгляды и замечала ехидные смешки. Ну, не может этот старик нормально разговаривать, что поделать. К тому же, я, кажется, почти привыкла. Но всё равно сидеть среди знакомых и ни слова не понимать не очень-то приятно. Я бы даже осмелилась заметить, что это крайне неприятно. Сразу появляется жуткое ощущение беспомощности, необразованности, слабоумия. Благо, этот разговор не превратился в девчачьи посиделки с итоговым желанием спеть что-нибудь из репертуара Лободы, и быстро закончился.
Артефактор выделил нам ту же подсобку, где за время нашего отсутствия ничего не изменилось. Только в этот раз Юра сдвинул подобия матрасов, чтобы спать рядом. Я набрала воды из прихваченного из лаборатории кувшина и промыло плечо Юры. К счастью, ничего серьёзного – простая царапина. После Юра ушёл к артефактору, который пообещал помочь и смастерить для меня особый кулончик, чтобы я смогла понимать местную речь. Только в связи с тем, что ранее подобным никто не занимался, на результат надеяться нельзя.
Так как в артефакторике я ничего не смыслила – и когда Юра успел в этом досконально разобраться? – то у меня появилось свободное от любого общества время, которое я посвятила поиску сменной одежды. Поиск не увенчался желаемым успехом. Единственное женское платье, лишенное всяких изысков, было мне откровенно мало. Оно беспощадно трещало в районе груди и сковывало ноги до такой степени, что я не только ходить – дышать в нём не могла. Но я не гордая, а потому решилась взять пару запыленных мужских костюмов (рубаха, свободные брюки, пояс), отыскала по памяти вторую прачечную, где даже служанки почти не появлялись, постирала, оставила высыхать. Надо же нам с Юрой что-то носить.
Почему-то, пока стирала, почувствовала себя безработной женой, ждущей мужа после тяжёлого трудового дня. Намеренно не стала называть себя домохозяйкой, так как без работы я оставалась не так часто, но следить за домом успевала всегда.
Ночью в мой теплый сон с морским побережьем ворвалась смерть. Уточнение – дипломированная смерть. Но поразило меня не само появление смерти, а наличие на ней одежды. Да, увидеть полностью одетую смерть я совсем не ожидала. Высокие шипованные ботинки, кожаные штаны и куртка размера на четыре больше, чем нужно… Вот так, действительно: ни в сказке сказать, ни пером описать.
– Принесла мне новое зелье? – обрадовалась я.
Но смерть моей радости не оценила. Пришлось пояснить:
– Опять речь не понимаю.
– Так те зелья закончились, – ответила неординарная дама таким тоном, словно я должна была это и без всяких подсказок знать.
Интересно, и что же эта смерть сделала дальше? Та-да-да-дам… Интрига! И… Правильно – достала яблоко.
– Я чего пришла? – смерть уселась на песок, поджав ноги по-турецки. И как только ей это удалось в таких-то ботинках? – Восхищаюсь!