Джек помотал головой — нет, он не хочет чаю, он хочет совсем иного. С загоревшимися глазами он потянул стоявшую рядом Хеллер за шлицу на поясе брюк, так что она оказалась у него между ног. Хеллер понимала: неразумно так искушать судьбу — и тем не менее, не совладав с собой, улыбаясь, положила руки ему на плечи. Свободной рукой Джек обхватил ее затылок и притянул к себе. Их губы сблизились. Хеллер со вздохом закрыла глаза и потерлась губами о его рот.
С довольной усмешкой Джек обнял ее и посадил к себе на колени. Скрестив ноги, он зажал ее, как в ловушке.
— Нам надо поговорить, — хрипло сказал он.
Хеллер кивнула, но, закидывая руки ему на шею, с жадностью посмотрела на его рот.
— Потом, — прошептала она.
Джек то ли застонал, то ли всхлипнул в ответ на ее приглашение, раскрытым ртом поймал ее губы и быстрыми движениями языка обласкал внутренность ее рта. Она прижалась к нему, бедрами, животом, грудью ощущая его сильное твердое тело. О, как легко поддаться его обаянию и впасть в это сладкое горячечное безумство! Если она не найдет в себе сил для сопротивления его чарам, то может оказаться в очень и очень двусмысленном положении, чего не должна позволять себе женщина ее возраста, с богатым жизненным опытом за плечами.
Она нехотя отстранилась от Джека. Он так же нехотя ее отпустил. Хеллер с трудом перевела дыхание.
— Мне… ммм… мне необходимо переодеться для работы.
— Нужна моя помощь? — пошутил он.
— Даже если б и была нужна, я бы не созналась. Чересчур опасно. Бес-искуситель! Вот вы кто!
— Ну да?! — Весьма польщенный, Джек откинулся на спинку стула, поставив его на задние ножки, руки положил за голову, а коленями уперся в край стола.
— О, я еще пожалею об этих словах, — пробормотала Хеллер.
Он состроил свирепую гримасу и кивнул в знак согласия. Хеллер, как бы сдаваясь, подняла руки вверх и поспешила к себе, подсмеиваясь над тем, как взволновали ее эта гримаса и многообещающий кивок. Сердце у нее забилось так, что казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. О Боже, он, даже и пальцем не пошевелив, заставляет ее желать то, на что она не имеет права. Поразительно! Когда-то она полагала, что ее отношения с мужем такие, какими и должны быть, что между мужчиной и женщиной всегда так, а теперь видит, что это неверно. Теперь она поняла то, в чем не хотела признаться даже себе самой: с Кэрмоди у нее никогда ничего подобного не было.
Кэрмоди казался ей мирной гаванью, в которой она надеялась найти спасение от непрочности шаткого родительского дома; гавань эта обманула ее ожидания — в ней царил тот же буйный беспорядок, от которого она пыталась спастись бегством. Однако, верная долгу, она старалась быть Кэрмоди хорошей женой. Насколько легче ей бы это далось, если бы он сумел разжечь в ней страсть! А может, именно ее холодность и толкнула Кэрмоди в объятия других женщин? — пришло ей вдруг в голову. Если дело в этом, то Джек может быть спокоен — она воспламеняется от одного его прикосновения.
Отогнав от себя эти греховные мысли, Хеллер вытащила из тесного гардероба черные джинсы и натянула их на себя вместо синих. С огорчением увидев в зеркале при переодевании следы растяжек на груди и животе, Хеллер расстроилась: а не поколебался бы Джек в своем чувстве, заметь он их? Следы, правда, еле видные, тонкие розоватые полоски там и сям, но ведь Джек наверняка может иметь красавицу из красавиц. Не желая углубляться и в эту мысль, Хеллер заставила себя задуматься о более насущных, повседневных вопросах.
Усевшись на край кровати, она сняла трубку древнего аппарата с вращающимся диском и, стараясь не ошибиться, набрала номер телефона матери. К счастью, на сей раз Фанни ответила. В течение нескольких неприятных минут Хеллер растолковывала матери, в каком безвыходном положении она оказалась, Фанни в ответ жаловалась на плохое самочувствие, Хеллер убеждала ее, что оно пройдет, Фанни ссылалась на какие-то свои неотложные дела, и так продолжалось бы до бесконечности, если бы Хеллер, закусив губу, чтобы не наговорить лишнего, не прервала разговор под тем предлогом, что опаздывает на работу.
Когда она с сумочкой в руке вышла из спальни в гостиную, старшие дети сидели на полу рядом с Бет, объяснявшей им новую игру, а Дейви висел у нее на спине, обхватив ручонками шею, и радостно визжал, изредка подпрыгивая. Джек, упершись локтями в колени, добродушно взирал на это зрелище. Заметив прощальный знак, который Хеллер глазами подала новоиспеченной няньке, он поднялся, и они вместе выскользнули из комнаты. Во дворе их пути расходились, но Джек взял Хеллер под локоть, довел до ее машины, быстро поцеловал и произнес: