Великан ступая тяжелыми шагами, направился в мою сторону. Йерта снова перехватила управление телом, мне оставалось лишь следить и вспоминать всё, что знаю о гунзу. Не зря же именно они являются постоянными бойцами в таких боях и нередко титулованными. Знаю, что у них очень низкий болевой порог, толстая кожа и тяжелые кулаки, в чем убедилась после первого же удара… Я отлетела причем в прямом смысле и валяясь, считала звезды, что водили хоровод перед глазами.
Я даже не догадывалась, что мой «выход» на арену привлек внимание службистов станции. И, что в это самое время они ворвались в кубрик Виану и удерживая всех под дулами майзеров — скрутили каждого и в таком положении (головой вниз) повели на выход. Демьяна оставили, как хозяина йерты на ринге.
Он подбежал к решетке лучей, знаками пытался объяснить чтобы я не вставала, а просто сдалась, тогда бой досрочно закончится… Но какой там… Упрямая йерта поднялась на ноги и бешеной фурией рванула на противника. Легко запрыгнула на спину, взяла шею в захват и крепко держала, несмотря на удары здоровяка.
Гунзу не ожидал такого и просто взбесился. Он махая кулаками, пытался стащить с себя мелкую йерту и ему это удалось. Один удар все-таки достиг цели — я снова потерялась и упала под его ноги. Ударом ноги в живот, он отбросил меня на лучи, что обожгли спину раскаленным железом…
Прозвучал гонг, время на табло остановилось, а красные единички в углу бежали, отсчитывая — те положенные сейды ожидания окончания боя, если я не изъявлю желания подняться на ноги. Все замерли, наблюдая за моей обездвиженной тушкой. Побледневший Демьян метался за решеткой и кричал, чтобы я не вздумала вставать… Но кто бы его слушал…
Снова поднимаюсь и покачиваясь иду на ошеломленного гунзу. Ему видимо надоело церемониться со мной — он ринулся в атаку… И вот тут йерта неожиданно для всех «вновь ожила» — уворачиваясь от кулаков, она наносила свои удары по всем болевым точкам. И видимо один из них всё же достиг нужной цели. Великан замер и закрыв глаза просто упал плашмя.
Я выдохнула. Йерта ушла и силы сразу покинули меня. Пришла боль в сломанных фалангах рук и ног, ребрах… Решетка исчезла, шум зала оглушил и окончательно дезориентировал. Демьян ворвался на площадку, а я просто упала, но он успел подхватить на руки и молча понёс прочь…
Часть 2
Глава 6
⭐Часть 2. Глава 6⭐
*Максимилиан*
Прошёл целый тал, как Максимилиан вышел из капсулы небольшого медотсека, сразу получив кучу инъекций от трелистницы и по её же настойчивому наказу удерживал себя на месте, почему-то не решаясь оспорить её указание.
С упоением слушал болтовню кревнита, радуясь его присутствию. В то же время украдкой наблюдал за маленьким доком, поражаясь и одновременно восхищаясь её решительным и твердым нравом.
Джанна гоняла обоих «парней» по своим поручениям, а те беспрекословно исполняли её требования… Она за короткое время умудрилась развести бурную деятельность, пытаясь отыскать причину спровоцировавшую частичную амнезию Макса, чтобы исправить содеянное, как она сказала. Ни капли не сомневаясь, что провал в памяти, причём избирательный — создали искусственным путем.
И Макс прекрасно знал — КТО сотворил с ним подобное, он помнил хоть и мутно разговор с Енком. Разумеется ещё предстоит тщательный разбор всего произошедшего, но прощать или просто забыть — он не собирался! А пока оставалось лишь утешаться, что Шейла не успела сделать его безмозглым существом, ради своих целей (грандиозных кстати говоря)…
Рассказ Саввы вроде бы всё расставил по местам, но… Он конечно верил своему кревниту безоговорочно, но с другой стороны… Йерта — Лавири⁈.. В это верилось с трудом… У корсанов не существует понятия истинности, они любят одну или одного — всю свою жизнь. И к этому приходят не сразу, а через какое-то время, в отличие от грассов, у которых именно зверь делает свой выбор, заставляет человеческую половину идти на поводу своей сущности, и возможно только по одному запаху! Макс отлично знал, как это бывает — на примере своих родителей. Для отца — мать Макса — ВСЁ! Он дышит и живёт только рядом с ней. Конечно и мама тоже любит его, как настоящая корсанка — она не видит никого кроме него, но от этого знания Максимилиану всегда становилось страшно. Кажется, что они связаны друг с другом крепкими узами и если не дай боги — один упадет, то следом за ним бросится и другой… Они уже не смогут жить друг без друга…